Поцеловал. Она не ответила. Не беда, города не сразу строились. Это рушатся они одним махом, а чтобы выстроить что-то наново иногда требуются годы. И Роман продолжал целовать. Нежно, медленно, трепетно. И не глубоко. Сейчас было не время для этого. А потом провел по щеке тыльной стороной ладони. Ласково, едва касаясь. Спустился к шее, подмышке, талии. Заскользил руками по спине, прижимая крепче. Но не слишком крепко, чтобы не спугнуть.
Даша стала понемногу отвечать, но пока это больше было похоже на еле уловимый сигнал из глубины: как слабый пульс умирающего, который прощупывается лишь временами. Но это был знак, и Роман пошел дальше, ведь он собирался взять этот город, несмотря на разрушения им нанесенные. Иначе сам разрушился бы до основания.
Он развернул Дашу лицом к стене и стал медленно собирать юбку наверх. Роман не торопился. Сегодня он не брал, пришло время отдавать. И он проводил по внутренним поверхностям бедер, лаская каждый сантиметр измученного им когда-то тела. На коже ее рук, которыми Даша упёрлась в стену, ниже рукавов длиной три четверти, наконец, показались мурашки. Роман улыбнулся и прошептал ей в волосы:
– Я – чужак. Но непредсказуемый. И так тоже умею.
Он добрался до резинки колготок, аккуратно стянул их вниз, затем белье. И сделал всё медленно. Бережно держа ее за талию. Целуя в шею, лаская ноги. Но надолго его не хватило. Безумное желание, просто ад какой-то! А он так хотел довести и ее…
23.
В эту ночь он не мог уснуть. Выпивать Роман не стал, воспоминания о сегодняшнем моменте близости должны были оставаться незатуманенными алкоголем. Он прокручивал их снова и снова, оттого сон и не шел. Никогда раньше он так сильно не хотел доставить женщине удовольствие. Это было странно, ведь из памяти еще не выветрилось прошлое воспоминание, гораздо менее приятное – голый мужской зад. Который принадлежал человеку, трудившемуся в тот момент над тем же самым заданием. Незнакомец трахал его женщину. Да, он снова так ее назвал. Роман не привык убегать от проблем, своих чувств и желаний, а они на данный момент были связаны с ней. И еще с Римом. Причем именно в такой последовательности. Впервые в жизни он поставил работу на второе место и уже даже перестал шарахаться от подобных мыслей. Роман привык. С Дашей всё было впервые, значит, возможно, так будет продолжаться и дальше, во всём остальном. Он себя к этому готовил.
Роман был гроссмейстер, поэтому привык обдумывать всё наперед, но даже не на несколько ходов. Он всегда задумывался о завершении партии и представлял себе все возможные расклады. И выигрыш, и ничью, и проигрыш, а также полную палитру оттенков, содержащихся между. Наверное, именно поэтому он еще ни разу не проигрывал. Но понимание того, что всё когда-то случается в первый раз у Романа было. Нет, он проигрыша не был готов принять, точнее, не думал о нем, как о насущности, а просто шел к победе, но и такого варианта развития событий не отвергал, потому что был гроссмейстер.
Во́т почему он так сильно задумался после сегодняшнего. Кто для него Даша? Ну вот если по чесноку? Любовница? Нет. Секретарша? Да, бог с вами! Желанная женщина? За бурную сексуальную жизнь Романа у него было много желанных женщин. Одна из них, например, побывала в этой квартире два дня назад. Была Агата для него желанной женщиной? Да, безусловно. Когда-то. Но не сейчас. А Даша? Нет. Она была ему просто необходима. Без нее он не мог думать, работать, спать, да и просто жить. Да, и это тоже с Романом было впервые, как и всё, связанное с ней.
Так чего же он хочет от нее? Секса? Да, безусловно. Он хочет очень много секса и пока даже не представляет, когда это безобразное до отвращения к самому себе желание прекратится. Но разве только секса? Почему тогда сегодня он ее просто не трахнул? Как раньше. Нет, он хочет большего. Спустя всего пять дней после знакомства с Дашей он сказал ей в лифте, что хочет сделать всё по-другому. Роман тогда не врал. Всё и было бы по-другому, если бы не его чрезмерное любопытство. Оно всё испортило. И уже не раз.
Но он не мог не следить за ней, слишком уж странным субъектом была эта девушка, его зазноба. Он ведь, кажется, так назвал ее на второе утро после знакомства? И еще тогда подумал, что шутил. Только вот оказалось, что это была не шутка…
Так что ему нужно от Даши?
Ответного чувства. Чтобы горела в объятьях и кричала от восторга. Чтобы содрогалась всем телом от одного его прикосновения. Но что это? Желание пройти этот квест до конца? Просто победить, подчинить, удовлетворить мужское эго? Да, безусловно. И это тоже. Но не только. Сегодня Роман осознал, что ему физически нужно, чтобы эта женщина ответила ему взаимностью. Но не только ради прохождения квеста. Еще и ради него самого. Ему хотелось видеть ее радостной, счастливой. Такой же непринужденной, какой она была тогда, в клубе, со своими друзьями. Он не хочет быть для нее лишь чужаком из враждебного мира. Он хочет стать своим. Как же та Дашина откровенность его тогда кольнула! До сих пор что-то ноет внутри, стоит вспомнить ее лицо, когда она это сказала.