Что ж, это уже хорошо. Было бы крайне неприятно узнать, что дед решил меня игнорировать до получения моего положительного ответа о выборе невесты.
— Благодарю, Иван Тарасович, — ответил я.
Изначально я рассчитывал, что Василиса Святославовна меня познакомит со своим выдающимся братом на приеме. Однако Демидов, не иначе как разгневанный внезапным присутствием великой княжны Красноярской, все переиграл. А теперь, получается, успокоился, когда я заверил Руслана Александровича, что не собираюсь рассматривать кандидатуру Измайловой. И сделал еще один шаг мне навстречу, показывая, какой он добродушный родственник.
Но это значило также, что мне нужно менять планы на день.
— Виталя, мы сегодня в семь вечера должны быть в ресторане «Поддубный» на встрече с Волковыми, — предупредил я, как только Слуга поднял трубку.
— Все пробки соберем, княжич, выезжать нужно за час, — вздохнул он через несколько секунд, проверив маршрут. — В самый час пик попадаем.
— Значит, в половину шестого мне нужно закончить работу в лаборатории, — прикинул я по времени, чтобы успеть прибраться после себя. — Позвонишь на охрану, они меня поторопят.
— Как пожелаешь, княжич. Но ты же не в униформе студента поедешь? — уточнил Виталя.
— Да, — согласился я, — сейчас позвоню в особняк, чтобы прислали подобающий костюм. И кому-то нужно съездить в наш ювелирный дом, выбрать неброское, но достаточно дорогое украшение. Что-то не дороже ста тысяч.
— Решим, Дмитрий Алексеевич, — ответил он.
— Тогда у меня все, до вечера.
Положив трубку, я вызвал свою помощницу, все еще стоя перед входом в лабораторию. Как ни была близко моя секция, а нужно решать вопросы с подготовкой именно сейчас.
Дед, конечно, молодец — без шуток. Но его манера вмешиваться в чужие дела внезапно, как снег на голову, откровенно раздражает. Не мог разве вчера предупредить, например?
— Да, княжич? — отозвалась Кристина.
— Пришли мне в ЦГУ костюм для ужина, — распорядился я.
— Какой повод? — уточнила помощница.
— Знакомство с коллегой. Мероприятие частное.
— Хорошо, мы подберем подходящий костюм, — ответила она.
— Спасибо.
Вот теперь можно и работой заняться, к моменту, как я на сегодня закончу, все уже будет готово.
Миновав проходную, я оставил вещи в шкафчике и уже собирался пройти к лифту, но меня перехватил Телегин. Иван Никитич выглянул из своего кабинета и позвал меня:
— Дмитрий Алексеевич, зайдите на минутку.
Умом я, разумеется, понимал, что все просто так сложилось. Однако практически бессонная ночь, которой предшествовал настоящий бой, да постоянно возникающие мелочи, не дающие мне заняться работой, вызывали раздражение.
— Конечно, Иван Никитич, — ответил я, со вздохом проходя в кабинет своего непосредственного начальства.
Профессор стоял у своего стола, тасуя папки с документами. Указав мне на свободное кресло — пожалуй, единственную свободную поверхность в помещении. Сам Телегин еще несколько минут ковырялся с бумагами, пока не навел относительный порядок на рабочем месте.
— Итак, Дмитрий Алексеевич, — произнес он, наконец, сев на свое место. — Мы получили все необходимые документы по нашему с вами лазеру. Сейчас им занимается отдельная секция — моя секция. Государь по достоинству оценил результаты нашего труда и распорядился сдвинуть остальные проекты ради него.
Я кивнул, ожидая продолжения.
— Как только мы закончим предварительную миниатюризацию, вам предстоит появиться на предприятии, которое займется серийным выпуском нашего оборудования, — объявил профессор. — Понимаю, что это не совсем то, чем вам хотелось бы заняться, но такова уж доля ученого — периодически приходится исполнять свой социальный долг. Мы с вами вдвоем проведем презентацию, после чего вернемся к работе. О дате я сообщу позднее, но пока ориентировочные сроки — январь следующего года.
Быстро, однако. Обычно такие вопросы столь молниеносно не решаются. Это ведь нужно переоборудовать какое-то пространство, подготовить людей, выделить бюджет. В общем, поразительная скорость, на самом деле. А ведь это, по сути своей, всего лишь лазер — мелочь.
Михаил II таким образом играет в доброго дядюшку, который исполняет мои прихоти, пока я танцую под его дудку? Впрочем, это во мне говорит накопившееся раздражение. Царь действует, прежде всего, в интересах Русского царства, пусть для кого-то лично это может выглядеть иначе.
— Благодарю, что предупредили, Иван Никитич, — кивнул я и тут же попытался подняться на ноги. — Если это все, я могу идти?