— Потому что вы младший княжич и можете себе позволить делать то, что вам хочется?
— И поэтому тоже, — ответил я, сопроводив слова кивком.
— Благодарю, Дмитрий, — сказала она. — Но, боюсь, нам пора на занятие, если не хотим опоздать.
И мы пошли учиться. А у меня возникла мысль, что, в принципе, можно самому поговорить с Телегиным. После нашего прошлого разговора вряд ли он станет серьезно спорить, в конце концов, обещал мне полную поддержку.
И на обеде, когда вся группа собралась за столом, я смотрел на Морозову и размышлял об этой возможности. Это, естественно, не прошло незамеченным, и по мере того, как я продолжал задумчиво разглядывать Викторию, она все сильнее покрывалась румянцем.
— Дмитрий Алексеевич, прекратите стеснять боярышню Морозову, — произнесла Салтыкова тоном чопорной гувернантки. — Виктория Львовна сейчас загорится под вашим взглядом.
— Учитывая дар — скорее растает, — посмеялся Рогожин, и группа поддержала его короткими смешками.
Я улыбнулся, а Виктория покраснела еще больше, отводя взгляд и нервно теребя волосы.
— Прошу прощения, Виктория, я не хотел вас смущать. Просто задумался, — и, повернувшись к своей тарелке, приступил к трапезе.
В отличие от Морозовой, мне еще предстояло сдать кучу предметов, прежде чем у меня будет достаточное количество свободного времени, чтобы успевать выполнить все запланированное.
— А я княжича понимаю, — вставил Авдеев, нарезая ножом стейк перед собой. — Виктория Львовна — очень красивая девушка. Я бы и сам на нее смотрел не отрываясь.
Сидящая справа от него Самойлова кашлянула, и Иван Тимофеевич тут же поправился.
— Как и все, собственно, в нашей группе, — чуть смущенно произнес он.
— А я полагала, вам понравилась та девушка с базы, — проронила Комарова, чуть задрав носик. — Кстати, я вчера говорила с Петром Васильевичем. Он передавал всем наилучшие пожелания и обещал, что вернется на учебу на следующей неделе.
— Слава богу, — вдруг выдохнула Горская, не скрывая своего облегчения.
Под нашими недоумевающими взглядами Елизавета Петровна решила пояснить.
— Простите, но у меня в последнее время столько всего, что приходится выбирать между срочными делами и очень срочными.
— Помолвка с великим княжичем — большое дело, — вставила Салтыкова с понимающим кивком. — Если хотите, давайте мы назначим другого старосту на оставшееся время.
— Нет-нет, — покачала головой Горская. — Я взяла на себя эти обязательства и выполню их как полагается. К тому же это было бы не слишком красиво — бросить все ради помолвки.
— Я думаю, все поймут вас правильно, Елизавета Петровна, — наклонила голову Самойлова. — Кстати, Надежда Григорьевна, — повернулась она к Комаровой, — вы подготовили для Петра Васильевича конспекты пройденного материала?
Я заметил, как группа будто бы приободрилась после сообщения о грядущем возвращении Орлова. Что ж, Петр Васильевич действительно успел неплохо сплотить группу и проявил себя достаточно хорошо, чтобы за него искренне переживали.
— Так, господа и дамы, — вставила слово Салтыкова, привлекая наше внимание. — У меня имеется предложение — как насчет устроить праздничный ужин в честь возвращения Петра Васильевича?
— Что вы конкретно предлагаете, Светлана Николаевна? — осведомилась Горская.
Салтыкова кивнула в мою сторону.
— Княжич отвез нас на базу отдыха, чтобы мы могли пообщаться в непринужденной обстановке, — произнесла она. — И я считаю, нам нужно продолжить эту традицию, несмотря на то, что случилось в «Апатитовой». Разумеется, нам не нужно опять ехать в горы, достаточно будет забронировать небольшой ресторан.
При слове ресторан все обернулись ко мне. Ну да, как же могло пройти незамеченным нападение на «Поддубный», когда их одногруппник там был. От камер не скроешься, да и стражи правопорядка иной раз любят потрепать языком, когда им не запрещают ЦСБ или княжеские рода.
— Нужно выбрать место, назначить дату, время, — сказал я, совершенно спокойно приступая к своему кофе. — Нужно назначить ответственного организатора. И Елизавета Петровна, я полагаю, не должна этим заниматься. Как насчет вас, Надежда Григорьевна?
Комарова кивнула с довольной улыбкой.
— Что ж, в таком случае я договорюсь с главой нашего рода, чтобы мы могли организовать праздничную встречу Петра Васильевича в «Гиперборее», — объявила она.
Собственно, было ясно, что они с Салтыковой, как две подруги, предварительно между собой договорились, и теперь просто подвели нас к этому решению. Ничего против я не имел, главное, чтобы все прошло хорошо.