— Слишком официально, — покачал я головой. — Мне же не в Кремль ездить.
На «Аврорах» обычно ездили сами князья на официальные мероприятия. Это машина для очень серьезных переговоров. Ну или визитов к царю.
— Тогда есть китайский «Танк», — вздохнул Слуга. — Куплен по случаю выставки в прошлом году. Стоит, пылится в гараже, его после проверки на «лишние» комплектующие и не трогали даже.
Прежде чем ответить, я порылся в сети. Машина насквозь городская, хотя и выглядит под стать «Монстру». Название было вполне заслуженным, почти шесть метров длиной, два с половиной в ширину и чуть меньше двух в высоту. Автомобили Поднебесной хорошо расходились на Дальнем Востоке, но до Москвы добирались редко — конкуренции хватало.
— Долго его оснащать придется? — уточнил я.
— Если срочно, могу поторопить, конечно, но неделю, по-хорошему, дать надо. Там же только рама останется.
— Пусть делают тогда, — кивнул я. — Не думаю, что мне самому понадобится водить на неделе, а так и нашего «Монстра» хватит.
Виталя кивнул и тут же вдавил кнопку на панели, чтобы передать мои указания.
Шагая по дорожке от парковки, я заметил Орлова на нашей лавочке. Он поднялся при виде меня и, вежливо улыбаясь, решительно протянул мне ладонь для рукопожатия.
— Петр Васильевич, здравствуйте, рад вас видеть! — совершенно искренне сказал я, отвечая на его жест.
— Спасибо, Дмитрий Алексеевич, — кивнул он и тут же указал на сидение. — Подождете со мной остальных? Хочется поприветствовать группу перед началом занятий.
— Разумеется, — согласился я, опускаясь рядом с Орловым. — Как ваши успехи? Все ли в порядке? Может быть, нужна помощь?
Он решительно покачал головой.
— Все превосходно, — ответил Петр Васильевич. — Покров полностью восстановлен, база отремонтирована. Так что благодарю за предложение, но мы вполне справились.
Я улыбнулся ему в ответ.
— Это действительно хорошие новости.
Орлов кивнул.
За прошедшее время он совсем растерял бывалую неуверенность в себе, теперь передо мной стоял пусть и по-прежнему худой и щуплый молодой человек, но язык уже не поворачивался его так назвать. Даже униформа первокурсника Царского Государственного Университета на нем смотрелась военным мундиром на боевом генерале.
— Отдых определенно пошел вам на пользу, — заметил я.
— У меня были возможности многое переосмыслить, Дмитрий Алексеевич, — ответил Орлов. — И не только мне. Я бы хотел передать вам лично благодарность от моего деда за ваше участие.
Видимо, адмирал все же взялся за внука. Это отрадно слышать — в будущем мне именно с Петром Васильевичем придется иметь дело. И хотелось бы, чтобы правил родом партнеров не тот волнующийся подросток, каким был Петр Васильевич раньше, а достойный глава рода.
— Для любого благородного — это долг, защищать тех, кто рядом с тобой, — ответил я, ничуть не кривя душой.
Орлов кивнул, и в этот момент на дорожке раздался радостный вздох. Я обернулся вслед за посмотревшим в ту сторону старостой и хмыкнул.
Комарова, проявившая такую несдержанность, теперь шла неспешно, как и подобает благородной девушке. При этом, судя по сложной прическе, было заметно, что Надежда Григорьевна всерьез подготовилась к этой встрече.
— Петр Васильевич, — произнесла она, чуть наклоняя голову, — с возвращением вас! Я очень рада, что вы снова с нами.
Ее голос в конце все же чуть дрогнул, и я отвернулся в сторону, чтобы не смотреть, как девушка медленно краснеет. А вот Орлов, наоборот, шагнул к ней навстречу и, взяв за руку, поцеловал воздух возле пальцев.
— И я очень рад быть с вами, Надежда Григорьевна, — ответил он, распрямив спину.
Следующей пришла Горская. Елизавета Петровна не стала демонстрировать эмоции при виде вернувшегося старосты, но было видно, что она очень рада тому, что теперь ей можно сбросить с себя это лишнее бремя.
Постепенно вокруг лавочки собиралась вся наша группа. Мы с Орловым уже давно стояли, уступив место девушкам. Одногруппники искренне поздравляли Петра Васильевича с возвращением.
Морозова пришла в числе последних. Заметив меня, Виктория поправила прядь волос и улыбнулась открыто. На этот раз никакого румянца не возникло, но я видел, как лучились ее глаза. Встав рядом со мной по правую руку, боярышня поприветствовала Орлова и остальных.
Последней появилась Мэйлин. Принцесса выглядела довольной жизнью, хотя я и заметил небольшие мешки под глазами. Это был очень дурной знак — чтобы настолько вымотать одаренного, нужно очень постараться. Видимо, внутренний конфликт в Китае выжал из дочери императора все силы.