— И чувства леди настолько глубоки, что, боюсь, милорду будет трудно добиться ее расположения.
— Дженкинс, о чем ты? Кто сказал, что она любит другого?
— Леди сама так и сказала, милорд!
— Тебе?
— Нет, своему отцу. Джек, кучер Дрейтонов, ухаживает за моей племянницей Салли, она служит у вас младшей горничной. Когда они приехали днем, Джек пришел к ней на кухню поболтать. Салли — хорошая девочка, она сразу пересказала мне все, что узнала. По словам Джека, мисс Дрейтон с отцом ужасно поругались в карете, по дороге к вам.
— Из-за возлюбленного мисс Дрейтон?
— Да, милорд. Его зовут мистер Вейн Фримен, он американец. И мисс Лексия, судя по всему, по уши в него влюблена. И поэтому мистеру Дрейтону даже пришлось уехать из Штатов — ну, чтобы они с мистером Фрименом не виделись.
— Святые небеса!
— Отец запретил ей даже думать о нем, милорд!
— И она не может его забыть? — глухим голосом осведомился маркиз.
— Выходит, что не может.
— И сказала, что любит его? — последовал осторожный вопрос.
— Не только, милорд. Молодая леди пришла в неистовое волнение, расплакалась и заявила, что выйдет только за него или умрет!
— Понятно. Можешь быть свободен, Дженкинс.
— Доброй ночи, милорд!
И лакей с поклоном удалился.
Оставшись в одиночестве, маркиз погасил свет и долго сидел в темноте, обдумывая услышанное.
Он не был знаком с Салли, иначе знал бы, что она обожает мелодрамы и любовные истории, а Джек склонен все преувеличивать, особенно если хочет произвести впечатление на девушку.
Потом он подошел к окну и еще какое-то время в глубокой задумчивости смотрел на залитый лунным светом сад.
На следующее утро маркиз взял коня и направился к озеру, у которого они с Лексией беседовали пару дней назад. У него не было никаких конкретных ожиданий, но когда увидел ее вдалеке, понял, что был бы разочарован, если бы она не приехала.
Девушка тоже увидела его издалека и помахала рукой.
Она снова была в штанах, ехала по-мужски, и волосы ее были спрятаны под кепкой.
Маркиз надел старенький потрепанный костюм, который был на нем в их первую встречу.
Пару минут он с восхищением наблюдал, как она управляется с довольно крупным конем и тот повинуется малейшему ее движению.
Потом пустил своего скакуна легким галопом, указав рукой направо, на прогалину между деревьями. Лексия кивнула и поскакала туда.
Они встретились, и какое-то время их кони неслись галопом бок о бок, набирая скорость, подзадориваемые своими всадниками.
Лексия во всем была под стать маркизу. Ни намека на страх, какое бы препятствие ни встречалось на их пути: Лексия уверенно держалась в седле, когда ее конь перескакивал через высокую ограду или широкий ров. И если маркиз пришпоривал свою лошадь, то же самое делала и Лексия, принимая его вызов.
Ее близкое присутствие будоражило кровь маркиза.
Наконец они пустили коней шагом и вскоре остановились.
— Хвала небесам! — воскликнула Лексия. — Наконец-то я смогу отдышаться!
— Вы знали, что я буду вас ждать?
— Наверняка не знала, но надеялась на это. Вы даже представить себе не можете, как это ужасно, когда ни с кем не можешь нормально поговорить!
— Я знаю. Это и моя проблема тоже.
— Слышали бы вы моего отца! Вчера он целый вечер только о вас и говорил. Теперь, когда вы с ним познакомились, он считает, что вы — просто чудо!
— Полагаю, вы попытались его переубедить?
— Пыталась, но вы были с нами очень любезны и этим усложнили задачу. Мне придется очень постараться.
— Прошу меня простить, мэм, — смиренно проговорил он. — В следующий раз я буду вести себя не столь любезно.
У ручья они спешились и отпустили лошадей напиться.
— Отец знает, что вы здесь и в таком виде? — с улыбкой поинтересовался маркиз.
— Я сказала, что еду с вами на конную прогулку, поэтому он не стал возражать. Но я, по правде говоря, приехала повидать своего друга Фрэнка…
Улыбка маркиза стала шире.
— Значит, вы на него уже не сердитесь?
— Не могу позволить себе такой роскоши, — последовал откровенный ответ. — Кроме него, настоящих друзей у меня нет. А еще, — Лексия улыбнулась, — он мой шпион во вражеском лагере.
— С его помощью вам будет легче разобраться в намерениях маркиза, верно?
— Ну конечно! И я надеюсь сегодня услышать от него много интересного. Что говорили о нас вчера вечером, когда мы уехали?