Он подошел к иллюминатору.
— Пассажиры все еще прибывают. Скрести пальцы, чтобы никто не узнал, кто мы на самом деле.
— Те, кто путешествуют ради удовольствия, заняты только собой, — предположила Лексия.
— Это правда. Кто обратит внимание на пару заурядных молодых людей, которым нечего предъявить миру, кроме своей внешности?
Лексия засмеялась:
— Думала, ты скажешь «кроме своих кошельков». Каюты у нас самые дорогие.
— А разве ты ожидала чего-то другого? Место в каюте первого класса дает возможность общаться с людьми своего круга, в числе которых может оказаться и твой будущий супруг.
— Я согласилась бы и на меньшее. Но кто знает… Что, если боги смилостивятся над нами и мы найдем именно то, что ищем?
— Думаю, даже просто оказаться, пусть ненадолго, в обществе тех, кто ничего о тебе не знает, — уже удовольствие. Но роли мистера и мисс Малкольм мы должны сыграть безукоризненно. И если повезет, мы найдем свое счастье. А если нет — ты знаешь, что произойдет…
Лексия кивнула.
— Тебе придется жениться, — мрачно проговорила она. — На мне!
Эта мысль испугала их обоих.
Глава 7
Пока Лексия с горничной развешивали по шкафам одежду, пришло время ужина.
Настроение у девушки было праздничное, поэтому она надела бледно-зеленое шелковое платье с оборками, а шею украсила золотой цепочкой в три нити. Она знала, что выглядит прелестно, и прочла подтверждение этому во взгляде маркиза, когда он за ней зашел.
Его вечерний костюм тоже был ему к лицу, и Лексия в который раз внутренне удивилась, почему Фрэнк до сих пор не нашел женщину, которая полюбила бы его самого, а не его титул. Такой красивый мужчина должен привлекать к себе все взгляды, где бы он ни появился…
Они поднялись в ресторан, располагавшийся палубой выше. Маркиз помог своей спутнице сесть. Им зарезервировали столик у иллюминатора. Лексии представилась возможность полюбоваться морским закатом и убедиться, что берег уже далеко.
— Теперь можно вздохнуть спокойно, — с волнением заметила она. — И расскажи мне все о своем плане, я сгораю от любопытства! Единственное, что я знаю, — это что мы плывем в Средиземное море.
— Сегодня мы войдем в Бискайский залив, — ответил он, — а оттуда поплывем на юг. Первая остановка — в Гибралтаре. Затем поплывем вдоль берегов Испании с остановкой в Валенсии. Оттуда — прямиком в Грецию.
— В Грецию? — повторила девушка. — Чудесно! Всегда хотела там побывать. А мы надолго остановимся в Греции?
— Один день — в Афинах, еще два — тур по островам.
Лексия пришла в восторг:
— Острова! Это звучит так романтично!
— Еще бы! По преданию, на одном из них родился сам бог любви Аполлон!
— Мне не терпится туда попасть! — воскликнула Лексия. — Когда мы уезжали, я даже представить себе не могла, что ты купишь билеты на пароход, который поплывет туда, куда я всю жизнь мечтала попасть.
— Это случайность, Лексия, — сказал маркиз. — Но я с тобой согласен — нам действительно повезло.
— А потом куда?
— Из Греции мы поплывем обратно, но заходить будем в другие порты — на Сицилии, в Неаполе, в Монте-Карло.
— Идеальное путешествие! — Лексия зажмурилась от счастья.
— Надеюсь. А теперь давай поедим.
Пока они изучали меню, она прошептала:
— Ты уладил свои дела с кредиторами?
— Большую часть денег я отправил своему поверенному в Лондон. Он сделает все, что нужно. Оставшееся ушло на оплату кают.
— Значит, тебе на все хватило?
— На такую сумму я даже не рассчитывал, — сказал он уже менее жизнерадостно. — Честно говоря, заглянув в конверт, я был шокирован.
У Лексии появилось чувство, будто она ступает на очень тонкий лед. Малейшее напоминание о ее богатстве было ему неприятно, и она не знала, как деликатнее изложить свою мысль, чтобы его не задеть.
На уроках этикета ее, к сожалению, не научили, как вести себя в подобной ситуации.
— Фрэнк, пожалуйста, не расстраивайся из-за денег! Все равно большую их часть ты потратишь на меня!
— Рад это слышать.
— Ты заплатил за билеты, — продолжала тараторить Лексия, — но ведь у нас будут и другие расходы, верно? Поэтому я хочу, чтобы ты…
Она набрала в грудь побольше воздуха.
— Я взяла с собой еще немного денег и хочу, чтобы они хранились у тебя. При себе я их держать боюсь.
К ее огромному облегчению, маркиз рассмеялся: