— Отсюда десять минут до стоянки. Я так голоден, что мог бы съесть мертвого осла.
— О, Мартин, какая жалость! Я не взяла его с собой. — Они засмеялись, и их смех отозвался эхом в огромном мире, новом, молодом мире нетронутого снега и первозданного воздуха.
Она устало тащилась за ним до самой избушки, где они разложили еду, растопили маленькую печку и приготовили кофе. Фрау Стайгер упаковала для них длинные батоны хрустящего хлеба, начиненные тонкими ломтями ветчины, и неизбежные два крутых яйца каждому. Вики заявила, что сможет съесть только одно, поэтому Мартин проглотил и ее яйцо, заметив, что три — это минимум для голодного мужчины.
После этого, разомлевшие от солнца, они сидели на деревянной лавочке около избушки.
— Ну, — спросил Мартин, — ты распланировала мое будущее?
Вики покачала головой:
— Нет. Я считаю, что ты должен сам сделать свой выбор. Никто не сможет его сделать за тебя.
— Пожалуй, ты права. Если я сам сделаю выбор, то, вспоминая об упущенных возможностях, я буду только морщиться, но если кто-то другой решит за меня…
— Ты станешь винить во всем меня?
Он пожал плечами:
— Такова порочная человеческая натура. Но мой выбор осложняется моим полным неведением.
— В сельском хозяйстве?
— Нет. В конце концов, я всегда могу нанять хорошего специалиста, который мне поможет. Я не уверен в тебе, Вики. Ты выходила за довольно богатого человека. У тебя есть полное право требовать комфорта, роскоши, легкой жизни. Теперь я должен обеспечить твое будущее. Мой выбор зависит от того, остаешься ты со мной или нет.
Она ответила глухим голосом:
— А это зависит от того, нужна я тебе или нет.
— Нужна ли ты мне! Послушай, Вики, если ты останешься со мной, я обязан буду продолжать работать в «Кеннеди». Таким образом, я смогу обеспечить тебе приличную жизнь и вполне стабильный доход.
— Если ты хочешь, чтобы я осталась с тобой, — ее голос дрожал, поэтому ей пришлось на время замолчать, чтобы овладеть собой, — пусть тебя не беспокоит вопрос денег. У тебя сложилось неправильное мнение обо мне, если ты считаешь, что я против того, чтобы быть женой бедного человека.
— Легко сказать, но трудно сталкиваться с этим ежедневно.
— Мартин, — серьезно сказала Вики, — я твоя жена — в бедности и в богатстве, помнишь? Выбери то будущее, которое тебе действительно нравится, в котором ты будешь счастлив и реализован. Я буду с тобой, если ты действительно хочешь этого. Я могу готовить и стирать, и штопать.
Он посмотрел на нее и засмеялся:
— Верю, что можешь. Ну что ж, настоящая моя мечта — это ферма. Но, конечно, пройдет какое-то время, пока эта мечта осуществится. У меня будет много дел. Надо разобраться с универмагом, а потом я стану искать подходящее место. Я надеюсь, мне удастся найти заброшенный участок где-нибудь вдали от цивилизации. Я поеду туда на испытательный срок — скажем, на год, — чтобы создать для тебя приличные условия…
Она решительно оборвала его:
— Нет, Мартин. Куда ты, туда и я. Мы поедем вместе.
Он протянул ей руку:
— Решено?
Она протянула свою:
— Решено.
Подобно всем мужчинам, Мартин тут же начал подробно говорить о своих планах, распространяться по поводу маргинальных земель, рекламаций, экспериментов какого-то лорда в каком-то поместье.
— Вики, — внезапно сказал он, — это так эгоистично с моей стороны. Я обрекаю тебя на скучную жизнь.
— Нет-нет, — разуверила она его, — ведь это, по крайней мере, что-то новое. Теперь я понимаю, что двух остальных вариантов просто не существует. Ты построил «Кеннеди» на пустом месте, и сейчас любой сможет им управлять. Если ты займешься деревенским магазинчиком, то это будет не твой масштаб, хотя должна признаться, что мне так симпатичны занавески с оборочками и детишки, прибегающие со своими субботними пенни за сластями, — но только твой последний план соответствует твоим организаторским способностям. Его-то и нужно осуществить.
— Хорошая девочка! Какого партнера я приобрел! Но заметь, я не хочу стать фермером-джентльменом. Я собираюсь хорошенько испачкать свои башмаки в грязи.
Вики бросила взгляд на свои ноги, крепко стянутые лыжными ботинками.
— Думаю, я тоже. Между прочим, нам пора двигаться. Ганс взял с нас слово, что мы не станем здесь задерживаться.
Они прибрались в избушке и плотно закрыли дверь. Теперь Вики была частью будущего Мартина, будущего, полного волнующих событий, сомнений и, возможно, отчаяния. Больше уже не будет вечерних платьев за сотню гиней или…
— Эй, Мартин! — крикнула она. — У меня есть идея. Мы продадим мою норковую шубку.