− - У тебя такое красивое имя — Екатерина! А посмотришь на тебя, сложится впечатление, будто твое имя Жирильда, Свинтусяра, Хрячка. Уебище ты лесное!
− - Эля, пожалуйста, хватит! Пожалуйста, прекрати! - грохнулась Катя на колени, так что затрясся кухонный стол и полка с посудой над умывальником.
− - Как ты могла себя запустить?! Ответь мне, жирная скотина! - Эля трясла ее за плечи из стороны в сторону. Эля вся вспотела. Подмышки окаймлялись темными пятнами.
− - Как ты можешь так себя не любить, скажи, подружка! Ты сделала из себя кусок говна! Ты не Катя, ты большое рыхлое недоразумение! - Когда Эля говорила все это, она одергивала Катину кофту, растягивала трикотаж, чтобы дать понять, каких шиочнных размеров она достигла. Настолько широких, что можо было уместить в ее одежду бегемота.
− - Либо, сука, ты худеешь, либо я устрою тебе праздник. На всю жизнь забудешь что такое сладкое и жареное! И да, я ставлю тебе условия! Потому что не хочу, чтобы ты сдохла от еды! И вдобавок и слабой воли, тварь ты поганая. Получи, сука!
Резкий хлопок раздался в кухне. То ли кого-то застрелили, то ли отчаянно отвесили пощечину.
− Разозленная Эля выбивала дурь из Катиной морды.
− Она хлестала ее по щекам, крича.
− - Пусть, сука, твои предки катают на меня заяву в суд! То, что они поощряли тебе весь этот яд! Это ты должна подавать на них! Немедленно! На каждого по отдельности, гнида ссаная. Пусть меня свяжут и отправят за решетку, но я сделаю тебя худой, сука. Безобразно худой, тварь!
Отпечатки Элиных рук на той и другой щеках. Катя стонет и плачет. Катя стонет и плачет. Кровоточащие десны, порванная губа. Катя как жертва буллинга в средней школе.
− Как твои бедные ножки еще носят это тело? Эту груду из жира и какашек?
− Слова Эли были больнее самих ударов. Катя была и в сознании и вне его.
− - Я сожгу весь твой жирный мир! Больше никаких маек и штанов икс-икс-эль. Отныне твой максимальный размер эмка, сука. И только попробуй не влезть хотя бы в одни штаны! Будешь сохнуть пока не наденешь, тварюга!
Через полгода родители навестили свою дочь в психиатрической больнице. Они принесли в палату яблоки, бананы, груши. Пока еще Катя питалась с помощью системы, но врач уверяла, что дела заметно улучшились и в ближайшие месяцы отметка на весах с большой вероятностью поднимется до тридцати девяти килограмм.
Позор семьи
Какой же ты отвратительный, Юра! Какой похабный! Как тебе вообще такое могло прийти в голову?
(Юра стоит в дверном проеме, не краснея. На нем белая рубашка, синий галстук, а штаны сидят, словно сняты совершенно с другого человека — оттянутые и свободные).
− Юра, ты никудышный! Юра ты перегибаешь все палки! Юра, человеку надо следить за своей репутацией!Твои выходки — это дно, Юра. Никто не поймет тебя из родных. Все из-за того, что у тебя с детства стоит диагноз синдром дефицита внимания. Всему виной твои амбиции. Максимализм. Ветреность. Ты хоть понимаешь, что будет? Тебе теперь придется всю жизнь краснеть!
− (У Юры каштановые волосы, вперемешку с розовыми прядями на челке. Он часто моргает, ровно дышит и медленно кивает головой выслушивая реплику отца).
− - Ну, как все-таки пришло это в твою головушку? В эту вот тупую черепушку с опилками внутри. Гнилыми, отсыревшими опилками. Да, Юра, ты позор всего нашего рода. Позор всей семьи Веселовых. Всех наших родственников, которые, хоть и не Веселовы, но настолько важны для нас, но ты все обрубил. Юрий Александрович Веселов — позор тебе! Стыд и позор! Как ты мог, не подумав о нас, - своих родных и близких, решиться на такое? Как!? Как?! Ума не приложу!
Юра Веселов. Теперь отнюдь не имеет ничего общего со своей фамиоией. Теперь ему подошло бы быть Юрой Плачевым. Юрой Грустненко. Юрой Уныльчуком.
− И не делай вид, будто тебе все равно! Прекрати стоять и молчать словно ты не понимаешь! Не понимаешь всего масштаба ситуации! А ну-ка Юрий, признайся, чего ты добиваешься! …
….............................................
Постылый червяк! Подлая скотина! Предатель и дегенерат! Ветреный сосунок! Паршивая недоросль ты! Ты будешь осмеян, отравлен, высмеян! Ты взял и оскотинил весь род Веселовых! Тебе всю жизнь нести на себе этот позор! Теперь это просто так никто не забудет! Хмырь ты прыщавый! Все будут показывать на нашу семью пальцем из-за тебя! Все, кто с тобой учился и работал и любил тебя! И мы. Знай, мы тебя больше не любим! Ты не наш славный Юрочка. Ты — зло. Ты позорное пятно нашей семьи! Опустившийся человек! Да ты даже не человек, ты че-ло-ве-чиш-ко! И ско-ти-на! Чу-че-ло! Мяучело! Недоделанное ты существо.
У Юры румянец на щеках. У Юры Веселова взгляд из под густых бровей. У Юрочки в кармане есть маленькая щеточка, которой он эти брови расчесывает, Юра смотрит на наручные часы, подаренные когда-то отцом. Юра сверяет время на них с настенными часами. Юра закрывает глаза, но продолжает стоять, словно идти ему никуда не надо. Словно его планом на день было молчаливо стоять в дверном проеме.