- Мммммумммам.
Я переспрашиваю: Утром?
В ответ получаю сумасшедшей скорости кивания и знаки одобрения. Я говорю ему, что осталось совсем немножко и глажу по волосам, которые успели сильно засалиться.
- Техники никакой точно нет. Все напрямую зависит от твоего организма. От его характера и поведения. Способен ли ты вынести голод или нет — решает твой желудок. Знай только, что мозг умеет и любит перестраиваться на любой лад, лишь бы шевелиться и работать. Для того он, собственно нам и дан. - Пашка слушал внимательно.
Чтобы было легче в бою, сперва надо привыкнуть. Позже ты уже сумеешь неделями обходиться без мяса, сладкого, мучного, соленого, круп, овощей, фруктов. В твоем рационе будут фигурировать лишь жидкости. Они низкокалорийны и легко усваиваются организмом. Даже пиво. Все, о чем твердит Минздрав — бред. Он наш самый злейший враг. Люди придумали себе страхи, с целью угодить себе и другим. Все, что ты знаешь о своем организме равняется нулю. Ты совершенно ничего о нем не знаешь. Как и я. Как и все. Он может выдать внезапно любую херню, начиная от легкой усталости и заканчивая отрывом тромба. Ты должен выдрессировать организм.
Пашка позеленел от голода как капуста, но это не значит, что он умирает. Это лишь значит, ему надо поесть.
Вдруг меня оглушает и сбивает с мысли, глубокий, страшный, резкий, ноющий рев. Я выпучила глаза и потерялась в пространстве. Трясущимися руками я, в соответствии с рефлексией, закрыла рот. Этот звук был похож на включенный советский пылесос, простоявший в подвале не один десяток лет, который своим оглушительным запуском разбудил всех детей в доме, загонял кошек и собак по углам, вызвав проклятую головную боль на весь оставшийся день. Этот страшный звук вышел из Пашки.
Быстрыми отрывистыми движениями дрожащих рук я прощупала его тело, затем соскочила с кровати и ринулась на кухню за ножом. Обратно я, поскользнувшись на линолеуме, упала плашмя на кровать. Лицо уткнулось в пятно засохшей мочи.
Я принялась резать плотные веревки на его синих, с мотающейся кожей, запястьях. На это ушло около минуты. Пашка дернул плечами и выкарабкался из оставшихся, не до конца срезанных истончившихся веревок. Резко сгибать или опускать руки он не стал. Рукам надо привыкнуть, крови равномерно нужно распределиться и зациркулировать. Сперва левую, потом правую, он согнул в локтях. Потом разработал круговыми движениями кисти и несколько раз согнул-разогнул пальцы.
Потом он выпрямился, сел и потянул руки ко мне. Я сказала, что сейчас настало время отклеивать скотч. Он подцепил кончик верхнего слоя, рот волной растянулся медленно, слева направо. Затем, тоже самое он повторил с двумя оставшимися слоями.
Отпечаток прямоугольника выражался грязью от щеки до щеки. Красные губы, только-только налившиеся кровью, были сочно-красными, не алыми, не розовыми. Они были неестественно красны, как будто Пашка накрасил их моей помадой.
Первое, что он сказал было:
- Прости, Вера. Я осознал. Я всё осознал. Больше никогда так не буду. Ты простишь меня, Верусик?
Я никогда не врала Пашке.
- Семьдесят один час, двадцать четыре минуты, пять секунд. Будешь ещё пожирать что-то в тайне от меня — наказание ужесточится вдвое.
Он скрыл лицо за ладонями и сматернулся.
- Верусик, что мне сделать, чтобы ты этого больше не повторяла? - нежно гладя меня по щекам и губам, спрашивает Пашка.
Я принялась разрезать веревки на ногах, постепенно сгибая каждый его палец. Сначала на правой ноге, затем на левой. Потом согнула все пальцы сразу. Так нужно делать, чтобы не было ощущений электрических разрядов.
- Тренироваться, - сказала я. - А пока отдыхай. Со временем научишься.
Огуречный рассказ
Зайдите в комнату и закройтесь на ключ.
В ванную, в кухню, на балкон – неважно.
Главное, чтобы рядом не было
_____________________________
ваших детей.
Меня зовут Галя. Я пью только крепкий кофе без сахара. В кофе я иногда добавляю овсяного молока и корицу. Но тогда это получается не совсем кофе. Если знаете, что такое молочный улун, то что-то похожее. Я пишу картины в стиле импрессионизм. Но бывают моменты, когда я беру и сминаю завершенную картину, ломаю холст о колено, и за несколько минут пишу неопрятный постмодерн, который занимает первое место на конкурсе рисунка, и через месяц, идет на столичную выставку в арт-хаус.
Я держу строгий деловой стиль в одежде. Чёрный низ, светлый верх. Волосы в хвост. Туфли на шпильке. Примерно три дня в неделю я ношу бесформенный голубой мягкий балахон и белые кожаные кеды с блестящими шнурками. На голове у меня то пучок, то две косички. Бывает и такое, что я на день крашу волосы тоником в красный. К концу следующего дня они светло розовые.