Если так подумать, в моей семье никто никого не обманывает. И это, наверное, самое мерзкое.
— Как я рад тебя видеть, Ромка! — Отец жмёт мне руку, разворачивает картину и смеётся. — Вот удружил. В туалете повешу.
— С днем рождения, пап! — Так и знал, что оценит.
Мама торопливо выходит в коридор и обнимает. Идеальная причёска, макияж, но тёмные круги под глазами замазать штукатуркой она не смогла.
И похудела ещё больше.
В гостиной уже ждут Кирилл с женой. Брат похож на отца больше, чем мы с Миланой. У него русые волосы и глаза карего цвета. Мы же с сестрой пошли в маму. Когда они с отцом только познакомились, она считалась самой красивой девушкой города. Он ползал на коленях, чтобы добиться её руки.
Неудивительно, что Кир выбрал себе в жены женщину, очень похожую на мать. Его жена— Татьяна — ухоженная блондинка с пластикой губ — целует меня в левую щёку, повторяя приветствие за мужем слово в слово. С ними, конечно же, два неугомонных сына. Владимир и Макар. Имена-то какие… красивые. Эти мелкие опять ругаются и орут, Татьяна извиняется и бежит их разнимать.
Милана приехала раньше, она не улыбается, в отличие от всех. Быстро чмокает меня в щёку.
Сегодня отец отпустил даже горничную, мы сами рассаживаемся по местам за большим овальным столом, накрытом в гостиной.
И отец сам разливает напитки по бокалам. Мне — виски. Милане и маме — вино. Татьяна и дети пьют сок. Отец с Кириллом — водку.
С криками «Поздравляем!» чокаемся.
— Почему мы собрались в такой уютной компании? — Милана даже не пытается скрыть сарказм.
Отец обычно празднует с размахом. Но в этом году не стал никого провоцировать. Потому что на открытые мероприятия он всегда зовёт свою любовницу.
— Дети, у отца праздник, конечно, он хочет узнать, как у вас дела, пообщаться наедине! — вмешивается мама, накладывая мне огромную гору салата с ананасами и креветками. Мой любимый. Она всегда готовит его, когда я прихожу.
Я завожу разговор о клубе и новом ресторане. Кир ожидаемо хмурится, его бесит, что отец вкладывается в мой бизнес, а не в расширение собственного. Поэтому я специально углубляюсь в подробности нашего нового проекта с Андреем, расписывая, какое меню я уже придумал для дачи Шаляпина
Кирилл краснеет и пытается перевести тему:
— По застройке острова успеваем, пап? Нет сбоев с железом?
— Я уволил главного инженера. Борзый стал больно. Себе в карман премию рабочих сложил, — отец с досадой фыркает. — Мы с Алисой решили его сместить.
— И кто теперь руководитель проектом? — беспокойно уточняет Кир.
— Так Алиса же. И хорошо справляется. Я доволен.
Очень непривычно тянуться через весь стол за салатом, потому что обычно это делает прислуга. И я чуть не промахиваюсь мимо своей тарелки.
Кир молчит. Татьяна делает вид, что заинтересовалась новым кольцом мамы. И только Милана говорит нарочито громко:
— В последнее время ты проводишь много времени с этой Алисой. — При этом она элегантно нарезает стейк из говядины. Ломтик за ломтиком.
— О, это всё работа. Я стараюсь максимально реализовать её потенциал. — Отец поднимает стопку, и мы с ним чокаемся. Я и Кир. Мама и Татьяна пропускают тост. — Ничего более.
Я искренне поддерживаю отца:
— Конечно, папа. А мы все верим, что у вас чисто профессиональный интерес.
Тем более что Алиса действительно толковая женщина. И красивая. И умеет добиваться своего. И спит ещё и с Кириллом.
— Да, дети, я просто очень захвачен проектом. Там такая прибыль ожидается… — Отец щёлкает пальцами, называет восьмизначную сумму.
Мама замечает, что Милана готова взорваться очередной тирадой, и перебивает её:
— Ты же знаешь, мы тебя всегда поддержим. В любой проекте. Даже не самом прибыльном.
— Я видела, как ты плакала в своей комнате! — всё-таки цедит Милана.
Отец закатывает глаза к потолку, а мама грустно отвечает:
— Это творческий кризис. Я же писатель, сама знаешь. А тут никак не могу найти свою аудиторию. И это никак не связано с вашим отцом.
Бурёнка фыркает, вскакивает с места и убегает на второй этаж, напоследок смачно хлопнув дверью своей комнаты.