Доползаю до кровати и вырубаюсь.
Суббота — у меня с утра нет тренировок. Но и у Валерии Сергеевны выходной, поэтому приходится отрывать себя от подушки и идти делать маме укол.
Новые лекарства действуют лучше. Приступы сократились, мама повеселела. Даже стала лучше кушать и понемногу пробует говорить, хотя устаёт, конечно, так же. Много спит и совсем не встаёт с кровати.
Сижу немного с мамой, рассказываю ей последние новости и иду в душ, пока ванную не занял Славка. С удивлением отмечаю, что брат уже на кухне. Жарит яичницу и варит маме кашу.
— Доброе утро, — заглядываю к нему.
— Доброе.
— В честь чего такая сознательность? Натворил что-то? Меня вызывают в школу?
— Почему сразу натворил? — бычится Славка, передёргивая плечами. — Что я, не могу тебе помочь?
— Можешь. Спасибо.
Пока умываюсь и привожу себя в порядок, Славка приносит аккуратно сложенную розовую вещь.
— Даже погладил, — говорит.
И мне бы обрадоваться, если бы не одно но: Славка по своей воле сам никогда не гладил ничего. Поэтому с подозрением разворачиваю «подарочек». Он постирал футболку Романа вместе с моими малиновыми носками и своей красной майкой!
— Упс, — заявляет братик, понимая, что наделал кучу нехорошего. — Не подумал. Зато как пахнет! Я ополаскиватель добавил!
Чувствую, что у меня начинает дёргаться веко. Как я теперь такое верну?!
Сама не знаю, зачем я притащила футболку домой, но теперь точно знаю, что придётся покупать новую. И вряд ли Роман носит обычные вещи с «Озона». Наверняка бренд и стоит очень дорого.
Планирую перед клубом заскочить в торговый центр, поискать похожую футболку. Благо, что логотип узнаваем и можно не гадать размером — просто приложить исходный вариант. Но не успеваю. Пока решала со Славкой вопросы, пока с Наткой переговорила, пока доварила суп, выскочила на работу уже поздно.
— Значит, ты меня всё-таки не послушалась. — Роман открывает дверь в гримёрку с ноги. Манера у него такая.
А я так надеялась, что он ушёл в длительный загул и не скоро появится в клубе.
— Добрый вечер. — Беру себя в руки, сразу понимая причину явления дорогого начальника.
Я же не сама вчера в нишу встала, меня тут поставила Катя. А она практически заместитель Лики, которая главный хореограф. Так что я совсем ни при чём.
— Приветик, милая. — Роман падает на крутящийся стул рядом со мной и делает девочкам знак выйти.
Все послушно исчезают из гримёрки, то и дело кося на меня взглядами.
Интересно, уже пора пугаться и звать охрану? Или рано пока?
— Вот что ты за человек такой? А, Училка? Ты зачем Олю из ниши убрала?
— Я-я-я-я? Она заболела и не пришла. Я просто дырку закрыла.
— Да-а-а? — перекривливает меня Роман. — А Оля утверждает, что ты заставила её уйти из ниши и влезла сама.
Стою и недоумённо хлопаю на него глазами.
— Как это я сама? Я её и не видела вчера. Катя же сказала, что Оля не вышла.
— Катя сказала? — Он рассматривает меня, прищурившись и улыбаясь каким-то своим мыслям.
Мне становится неуютно под его взглядом.
— Сейчас мы у Кати и спросим. — Он достаёт телефон и набирает номер: — Катюша, детка, а подойди-ка в гримёрку, вопросик у меня один есть.
Хочется скорчить гримаску на его сладкое воркование и обращение «детка», но я держу себя в руках. В конечном итоге, он не хуже Стеллы Олеговны с её псевдопуританскими и напрочь лживыми пафосными заверениями о морали. Как уж она меня песочила ни за что и требовала извинений, так после мне никакой Роман не страшен.
Катя приходит быстро, как будто за углом караулила.
— Скажи-ка, красивая, ты ли вчера поставила Полину в нишу вместо Оли?
Меня удивляет тот факт, что, оказывается, Роман знает моё имя, так что я не сразу понимаю, что говорит Катя.
— Так не я. Что я, самоубийца?! Ты же сказал Полину убрать. Я не осмелилась бы перечить.
Я в шоке открываю рот, чтобы начать спорить. Роман победно улыбается, а Катя выдаёт: