— Спасибо, — улыбаюсь и иду наверх.
В комнате приглушённый свет, прохладно и играет медленная музыка. Эти опции выбирает заказчик, исходя из своих предпочтений.
Мужчина, крупный, в кожаной куртке и джинсах, сидит, развалившись в кресле. Лицо плохо видно, но на вид не славянской внешности.
Выдыхаю, настраиваясь на танец. Клиент оплатил наперёд, значит, без своего процента я не останусь.
Двигаюсь медленно, выхожу на середину комнаты, где установлен шест. На пилоне я не очень умею, но пару эффектных связок могу исполнить. Цепляюсь рукой за металл и прокручиваюсь, уходя вниз. Закидываю голову, даю возможность волосам упасть на пол и встаю на ноги перед шестом.
Заказчик расставляет шире ноги и откидывается на спинку кресла.
Мне неприятен его взгляд, липкий, тяжёлый. И поза, и мужчина в целом противны. Но деньги… Деньги нужны.
Прокручиваюсь ещё разок и мысленно прикидываю, сколько времени прошло. Мне всего-то надо продержаться полчаса.
— Чего мнёшься как неродная? — вдруг резко произносит заказчик. — А ну-ка прыгай сюда, — он хлопает рукой по коленке.
Я игриво грожу ему пальчиком и продолжаю танец. В животе завязывается узел от напряжения. И я не уверена, что на лице не отразились мои истинные чувства.
Мужчина резко встаёт с кресла и приближается вплотную. Я замираю. Танцевать зажатой между пилоном и мужским телом нет смысла. Надо удирать.
Заказчик хватает меня за руки, и я в недоумении ощущаю боль в кистях. Тянет мои руки вверх, прижимая к пилону, и жадно смотрит на грудь в декольте костюма.
Вот тебе и инструктаж!
Что делать, не знаю, замахнуться ногой, чтобы врезать в пах, не выйдет.
Мужик тяжело дышит мне в лицо и почти впечатал меня в металл. Не вывернуться. Открываю рот, чтобы заорать, но вторая потная ладонь запечатывает мне рот. И Ярик мне ничем уже не поможет.
В ужасе смотрю на оскал мужика, пытаюсь брыкаться и добраться до его лица свободной рукой. Ему мои попытки нипочём, только раззадоривают. Он что-то ещё мне говорит, но я не понимаю ни слова. Копошится рукой внизу, расстёгивая молнию джинс.
Мое сопротивление бесполезно. Я выдохнусь раньше, чем смогу сдвинуть его с места.
Свободной рукой бью мужика по предплечью, груди, руке, пока не добираюсь до лица. Растапыриваю пальцы и из последних сил начинаю расцарапывать ему морду.
— Су-у-у-ука! — вопит мужик и отпускает меня, отступая на шаг.
Ору как резаная и припечатываю мужика острым каблуком по ступне, замахиваюсь и бью коленом в пах, отчего этот имбецил сгибается пополам. Он орёт, как раненый бизон. В комнату врывается Ярик, вызывает кого-то по рации. А я продолжаю пинать мужика, куда достаю ногами и руками.
Оттаскивают меня чьи-то тёплые руки, перехватив за талию.
— Тише ты, тигрица. Совсем сейчас покалечишь чепушилу. Годзилла, я же сказал: не надо тебе к нам в клуб ходить. Не надо, — голос Романа над моим ухом сочится злостью.
И я начинаю понимать две вещи: меня чуть не изнасиловали и меня, скорее всего, уволят за нанесение вреда клиенту.
Глава 16. Приручить
Глава 16. Приручить
Роман
Полина лягается, надеясь добить клиента, посмевшего заказать у неё приват.
Маленькая, но сильная! И агрессивная до жути.
Бля, позвоночник вспотел её оттаскивать.
Может, оно и к лучшему, что у меня самого руки заняты, кулаки чешутся накостылять этого придурку. Сука, посмел опять притащиться! И опять слюной на мою девочку капает, барыга!
Дёргаю головой в сторону кряхтящего тела, Ярослав кивает и проверяет клиента. Правой рукой поднимает его за шиворот и поправляет на нём одежду. У Шибанутого разбита губа и две царапины на левой щеке.
Полина понемногу успокаивается у меня в руках.
— Всё хорошо, милая… — Как-то само собой получилось, что я прижимаю её к себе и глажу по голове. А она втискивается в меня ещё сильнее и шмыгает носом. — Он что-то сделал?
Худенькая, изящная и беззащитная Училка вертит головой. Распущенные волосы спутались, тушь размазалась. Что ж она такая мелкая?