- Простите?
- Или астма, как у той девушки?
- Послушайте Мария Павловна, я сейчас ведь милицию вызову.
Ух, ты, как страшно. Это он меня типа запугивает? Значит, точно - рыльце в пушку. Похоже, сам своей тени боится до смерти.
- Хо-хо-хо! Давай! Давай и сам сядешь. А пока они доедут, я тебе череп вскрою.
- Я не понимаю, чего вы добиваетесь.
- Все ты понимаешь.
Оглядываюсь на дверь.
- Значит так, слушай меня сюда, Гиппократ хренов, сейчас ты пишешь мне на работу праздничное заключение о моем великолепном здоровье, извиняешься перед той девушкой и восстанавливаешь ее в должности. Понял?
Этот гаденыш еще не осознал, с кем связался, думает - он, дескать, мужик и меня прогнет. Лыбится, засранец , своей жабьей улыбкой.
- А то, что?
- А то я найду лучшего адвоката для будущей мамы и закроем твою контору к чертовой матери.
- Бери ношу по себе, чтоб не падать при ходьбе!
- О-о-о… Ты еще кроме загадок, еще и поговорки знаешь?
- Угу.
- Да ты не волнуйся, я не упаду. Я проект-директор одной очень известной компании, у меня очень много друзей. И стоит мне снять трубу, как ты пойдешь красить заборы.
Вижу, мои слова произвели впечатление, но он еще продолжает хорохориться:
- У меня тоже много друзей.
- Да?
- Я тоже могу снять трубу.
Становится забавно. Ну что ж, давай поиграем, как в покер, поблефуем - у кого нервишки крепче.
- Так давай, как в вестерне – кто быстрей. Хорошо, я даю тебе право первого выстрела.
Достаю свой мобильник и откидываю крышку.
- На, звони! Только не забудь сказать, кто и за сколько заставил написать тебя неправильное заключение. На, звони! Чего молчишь? Что, процессор перегрелся?
По глазам вижу, что он дрогнул, что он проиграл. Улыбка сползает, и он выдавливает из себя нехотя:
- Чего вы хотите?
Смотрю ему в глаза и молчу. Я уже все озвучил, и повторять - лишь терять преимущество. Протасов молча садится за стол и достает из папки чистый бланк.
***
Уже спустя пятнадцать минут спускаемся вдвоем вниз по лестнице к регистратуре, поставить на справке печать, а потом в холл, где к нам присоединяются Света и Марина. Протасов уводит девушку чуть вперед от нас с Дорохиной. Удивительно, с этого упыря все, как с гуся вода – он уже улыбается, как ни в чем не бывало:
- Я должен признать, что произошла нелепейшая ошибка. Мы приложим максимум усилий, чтобы ее исправить. Я лично позвоню вашему начальнику и, думаю, вас восстановят на работе без особых проблем.
Марина победно оглядывается на нас со Светкой.
- Было бы неплохо, да.
- Ну, я думаю, после этого конфликт будет исчерпан.
Останавливаемся в холле.
- Все. Или что-то еще?
Он вопросительно смотрит на меня, и я пожимаю плечами:
- Забыл, самое главное.
- Что?
- Извиниться.
- Гхм…, я извинился.
- Это тебе показалось.
- Хм… Да и еще! От лица всей нашей клиники и от себя лично приношу вам свои глубочайшие извинения. Поверьте, больше такого не повторится! Будьте здоровы.
Вот теперь все.
- И вам не хворать Алексей Иванович.
- До свидания.
Оставляем Самойлова кусать локти и, с победным видом, идем втроем на выход. Я доволен исходом – в сумке, в конверте, результаты проф. осмотра с подписью и печатью, очередной враг посрамлен и бежал с поля боя…
***
Еду сразу домой – не до работы. После всех потрясений одно желание - залезть под душ и смыть весь негатив этого дня, а еще лучше в ванну, с успокаивающими травами, как делает Светкин кашалот. Облачившись после душа в красный халат, не досушив волосы, отправляюсь к Дорохиной в гостиную – она там пьет кофе, вот пусть и слушает мое нытье. Мне нужно сжечь накопившийся в крови адреналин и меня неудержимо мотает из угла в угол, то перед диваном, то позади него. Время от времени негодующе задираю голову вверх и всплескиваю руками в унисон моим мыслям. Они тоже мечутся, вместе со мной, стремясь выплеснуться наружу истеричными визгами:
- Свет, это триндец какой-то нереальный. Вообще, я никогда такого ужаса и унижения не испытывала! Никогда!
Светлана безуспешно пытается прервать поток жалоб и успокоить:
- Это ты про гинеколога? Я тебе просто удивляюсь. Ну, Маш, очевидно, что хотя бы раз в год, ты должна его посещать. Ну, это важно, прежде всего, для твоего здоровья.
- Я не Маша!
Не собираюсь я сидеть в этом теле и терпеть такие издевательства! Да еще каждый год! Решительно обхожу вокруг дивана и буквально нависаю над Светкой, сжав кулаки у груди:
- Да… Я всю жизнь…
У меня уже нет слов, и я плюхаюсь рядом. Дорохина закатывает глаза в потолок:
- Блин, я уже с вами запуталась, когда первая, когда вторая… Сама скоро свихнусь! В общем, посмотрись в зеркало, Немаша, может и все закидоны быстрей пройдут. Ладно, что там врач сказал?
Ничего он толком не сказал. И вообще я его похотливые мысли озвучивать не собираюсь. Положив ногу на ногу и засунув руки глубоко в рукава халата, гордо ворочу нос в сторону:
- Ничего.
Дорохина пожимает плечами, разведя в стороны чашку и недогрызенный кусок торта:
- Что значит ничего? Ты полдня провела в больнице и тебе ничего не сказали?
Светка наклоняется вперед, пытаясь заглянуть мне в лицо, и я огрызаюсь:
- Сказали.
- Ну, говори, что? Ну, что?
Кошусь на нее и не знаю, стоит ли говорить. Это же курам на смех – тоже мне витаминка для женского здоровья: кувыркаться с мужиками. Наконец, тряхнув утвердительно головой, пересаживаюсь с бокового модуля на диван, поближе к подруге... Гхм… Тема такая, что не знаешь, как и сказать поприличней. Опустив глаза вниз, что-то там ковыряю в маникюре, потом, все же решаюсь сформулировать результат, хотя чувствую, как напряжен и не уверен мой голос:
- Ну, в общем, сказали, что у меня…э-э-э, что у нее… там какая-то фигня... с гормонами.
От того, что нужно сказать дальше мне ужасно неудобно, и я стараюсь не смотреть в сторону Светланы.
- И все это, потому что не живет половой жизнью. Вот и все.
Смутившись, опять углубляюсь в разглядывание маникюра. Дорохина тянет:
- Нда-а-а….
- Что, да?
Светка вздыхает:
- Маш, может быть, нам уже хватит жить иллюзиями, а?
Я жду от нее сочувствия, и ее вопрос ставит меня в тупик. Отрываюсь от своего увлекательного занятия:
- Ты это о чем?
- Ты - это ты, и ты - женщина, и организм у тебя женский. Может быть, уже хватит вздыхать о Сереброве и, наконец-то оглянуться вокруг…
Что наконец-то? Волна возмущения поднимается изнутри – я не согласен, я вовсе не я! И закидоны с фантазиями - не мои! Это все женские гормоны, к которым я не имею никакого отношения! И вообще… Кем я буду, если им поддамся? С одной стороны – гей, а с другой – шлюха? И так шепот по углам офиса про меня и Пригожина.
- Слушай, Дорохина!
Не выдержав, вскакиваю и смотрю на подругу сверху вниз:
- Ты что, пирогов объелась с галлюциногенными грибами?
Кручу пальцем у виска:
- Ты реально сейчас подумала, что ты мне предложила?
Светка тоже вскакивает, повышая голос:
- Слушай, между прочим, именно от этого зависит женское здоровье!
Машкино здоровье, Машкино! Не мое! И даже ради ее здоровья я к Пригожину в постель не лягу! Ну, не получится из меня бабы! Все, прения закончены! Мне не этим надо заниматься, а искать возможность вернуть себя, свое тело. И не вылететь с должности после проверки! А Машкино женское самочувствие... Это уже не моя забота!
- Да пошла ты со своим здоровьем!
Сунув руки в карманы халата, топаю к себе в спальню, но на полдороге меня тормозит Светкин вопль:
- Хэ!... Вот ты и раздражительная именно поэтому!
Тороплюсь сбежать к себе в спальню, а вслед мне несется:
- Ну, давай, давай, поиграй с матушкой природой. Давай, давай….
До самой ночи дуюсь на нее и не вылезаю наружу.
8-1 Суббота