— В Москву.
Он произносит это, как что-то само собой разумеющееся.
Отрицательно мотаю головой. У Горина крыша поехала? Как я там жить буду? Где и на что? В областном центре и то тяжело выжить на мою стипендию, а уж в столице…
— Что мне там делать? Сам подумай! Я учусь здесь на бюджете. А там кто меня возьмёт в институт?
— Разберёмся, — легко отвечает он. — До лета ещё много времени.
Я грустно вздыхаю. До лета действительно ещё целых полгода, но уже сейчас мне кажется, что наша разлука неминуема. Кто я там такая? Девочка с периферии? Сдалась я Горину… Пока он здесь, ну поиграет со мной, а как начнётся серьёзная взрослая жизнь, так игры и закончатся.
— Егор… Скажи честно… — мнусь и тихо спрашиваю: — Почему ты вообще… ну… на меня внимание обратил?
Горин какое-то время молчит, а потом очень серьёзно отвечает:
— На тебя было трудно не обратить внимание. Я, когда в окне тебя увидел… стоишь такая — глаза на пол-лица, растрёпанная, и солнышко тебя так освещает… Ты вся какая-то неземная была. А потом, в комнате, когда эти придурки к тебе пристали, ты была такая взъерошенная, боевая. Как ведьма, только без метлы. И потом, когда дверью тебя прибил… Ты так пахла, у меня крышу чуть не снесло… Ну, и как-то понеслось дальше… Ты как заноза засела в голове. Пытался тебя вытащить, но не смог. Постоянно взглядом цеплял то в институте, то в общаге.
Он грустно усмехается, а я молчу, жадно впитывая его слова.
— Я даже специально смотрел расписание твоей группы и ходил там же, где и ты. Всё хотел понять, что же меня в тебе так зацепило.
Горин замолчал. А я вспоминаю, как встречала его в коридорах, ловила пронзительный острый взгляд и отводила глаза.
Тихо повозившись в его объятиях, спрашиваю:
— Ну и как, понял?
— Понял, — он зарылся лицом в мои волосы. — Ты очень красивая… искренняя… настоящая… Моя!
Моя! Плавлюсь от его слов. Нет, всё-таки я полная дура, а значит, к врачу идти уже поздно — этот диагноз не лечится.
Расстаёмся долго и трудно, а потом весь вечер переписываемся. Егор пишет всякие нежности, шутит, присылает фото какого-то важного кота в форме, а я сижу и счастливо улыбаюсь.
Поздно вечером, уже в кровати, снова глажу браслет. Моя навсегда! Улыбаюсь.
— А ты мой, — тихо шепчу.
Мысли крутятся вокруг Егора. Я — обычная девчонка, а он… Самый завидный парень нашего института. Да что там, наверное, и всей области, а то и столицы.
Снова и снова возвращаюсь к его словам, пытаясь найти подвох. А вдруг он ошибается? Или шутит? Нет, не может быть…
— Сонь, ну хватит уже, — ворчит Алина. — Что ты там опять зависла?
— Думаю, — отвечаю и сажусь, закутавшись в одеяло.
— О чём?
— Что Егор во мне такого нашёл?
— Да что там думать? — вмешивается Рита, не отрываясь от телефона. — Увидел красотку и влюбился.
— Да что во мне красивого? — недоумённо спрашиваю.
— Сонь, ну не скромничай! Сходи к зеркалу и посмотри! — зевает Алина, удобнее устраиваясь на кровати.
Нехотя встаю, подхожу к зеркалу и гляжу на своё отражение.
— Ну и?.. — спрашиваю.
— Да ты что, Сонь! Ты даже не представляешь, сколько парней только у нас в общаге на тебя пялятся! — смеётся Алина.
— Чего? Никто на меня не пялится! — восклицаю, с удивлением повернувшись к подруге.
— Ты просто не замечаешь, потому что Горин всех отгоняет, — улыбается Рита.
— Да ну вас, — отвечаю, ныряя обратно под одеяло. — Напридумывали!
— Ничего мы не придумывали! — возмущается Алина. — Можешь кого угодно спросить.
— А Горин не дурак, — потягивается Рита, укладываясь под одеяло. — Застолбил такую красоту первым и пообещал райскую жизнь каждому, кто хоть на метр к тебе подойдёт. И разборки постоянно устраивает, если кто ослушается. Мне Артём по секрету сказал. Только не говорите никому, не сдавайте меня!
Тихо вздыхаю и поворачиваюсь на другой бок. Где они все во мне красоту увидели? Фантазёрки! И разборки какие-то… Если бы это была правда, я бы знала, наверное, да?
Рано утром в дверь громко стучат. Рита, что-то сонно бормоча, нехотя встает и плетётся открывать, а спустя пару секунд возвращается, держа в руках небольшой фирменный пакет с золотым логотипом.
— Ого! Это кому? — восхищённо восклицает Алина, моментально просыпаясь.
— Думаю, это для Сонаты, — улыбается Рита, ставя пакет на стол.
— Что там? — с трудом разлепляю глаза и приподнимаю голову.
Не выспалась совершенно. Полночи крутилась в постели, перебирая в голове вчерашние разговоры.
— Круассаны, — весело сообщает Рита. — И… записка.