Ночью Ромашка стояла на тумбочке рядом с кроватью и размышляла о том, что значит «20 лет». Это много или мало? А где она будет через 20 лет? Изменится ли она как Москва или останется такой же как турбаза «Подсолнухи» рядом с рекой Ветлугой…
На следующее утро Ромашка уже ждала, когда бережные мужские руки вновь заботливо разместят ее на заднем сидении автомобиля, и она будет смотреть в окно.
- Ну что? С Богом! —произнес уже знакомый приятный мужской голос, и машина тронулась.
В дороге мужчина и женщина все время разговаривали.
Убаюканная, Ромашка погрузилась в дрему, где хороводом мелькали концерты и мероприятия, музыка, дети, рассуждения о любви и долге, смысле жизни, вере и много всего разного, не очень понятного ей. Периодически автомобиль наполнялся терпким ароматом свежего кофе и сигарет, смехом и запахом лесных ягод.
- Наверное, это и есть человеческая жизнь, — вот так ехать, болтать, смеяться и радоваться, - думала Ромашка.
- Ничего себе, это же уже Казань! Как быстро мы доехали. И погода налаживается, все-таки лето! А в Курске невозможная жара. - Вдруг услышала она и с интересом посмотрела в окно. Но там мелькали дома, фонари, светофоры, такие же как в Нижнем Новгороде.
«Интересно, а как в Курске? Там что? Должно быть что-то особенное, раз мне надо еще туда добраться». Но, словно отвечая на ее вопрос, мужской голос добавил: «В Курск я букет точно не повезу».
Ромашка уже хотела было расстроиться, но подумала, что Курск и Казань, по крайне мере, начинаются на одну букву, тем более что там какая-то жуткая жара, а она уже очень устала и с удовольствием осталась бы и в Казани – в конце концов, почему бы и нет!
Букет поставили на разноцветную скатерть, где стояла керамическая лошадка в горошек и чашка с голубым блюдцем, и это соседство Ромашке даже понравилось…
Через несколько дней Ромашка уже совсем не поднимала головы и все время дремала. Она все думала, где же она окажется через 20 лет, и много это все-таки или мало?
Однажды вечером теплые женские руки вынули ее из почти сухой губки. Пожав плечами, женщина сказала:
- Пожалуй, не понесу этот увядший букет на мусорку, брошу тут, во дворе в траву, в следующем году на этом месте опять вырастут цветы.
Ромашка, вздохнув в последний раз, все-таки успела подумать, что быть снова цветком пусть не через 20 лет, а в следующем году — это… Но в этот момент силы окончательно ее покинули и, перелетев через невысокий куст, бездыханная Ромашка приземлилась на сухую траву.
Лето следующего года выдалось очень сухим и жарким. Кузнечики стрекотали как сумасшедшие в крошечном садике на заднем дворе таунхауса, марево поднималось над плавящимся асфальтом и только поздним вечером можно было комфортно посидеть на улице.
- Мама, смотри, какая у нас выросла ромашка тут, в траве в углу участка! – послышался детский голос. – Можно я ее сорву?
- Нет, маленький, пусть растет, мы на нее так подольше полюбуемся.
И Ромашка, у которой все замерло в груди от ужаса, что её, такую маленькую и беззащитную, сейчас сорвут, успокоилась и благодарно закачалась на тоненьком стебельке.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов