Прием в консульстве Франции в Лос-Анджелесе.
В книге почетных гостей расписывается Шарль Буайе. За ним стоит Дидье Рагне, второй секретарь французского представительства в Вашингтоне.
Collection Odette de Bénédictis D.R.
Протокольные приемы наводили на Гари скуку, но без них было не обойтись, и он возложил их организацию на Лесли; Одетта же исполняла роль пресс-атташе и занималась менее формальными мероприятиями, например, приемами для широкой публики, коктейлями по случаю вручения премии «Оскар», на которых появлялись многие актеры и продюсеры. Консульство располагалось далеко не в модном районе — высший свет кинематографии считал почти оскорбительным для себя жить здесь. Если бы любимица продюсеров Лесли Бланш не была хозяйкой этого дома, голливудские знаменитости нипочем бы сюда не пришли. Ее искрящаяся умом речь являла собой прекрасный образец европейской культуры. Кроме того, минимальными средствами ей удалось преобразить свою гостиную и столовую в волшебный дворец: благовония, расшитые бисером абажуры в салоне, столы для ужина, освещенные свечами… Пища была простая, но красиво оформлялась и подавалась на роскошных тарелках, которые Лесли привезла из путешествий. Вот почему ее удостаивали визитом Билли Уайлдер, Софи Лорен, Шарль Буайе, Клодетта Кольбер, Ирвин Шоу, Сэм Шпигель, Марсель Далио, Гленн Форд, Дэррил Занук. А ведь Калифорния была не только центром кинематографической жизни — из Нью-Йорка в Лос-Анджелес часто наведывались писатели Кристофер Айшервуд, Олдос Хаксли, композитор Игорь Стравинский. По сравнению с этими знаменитостями Ромен Гари был еще практически никем. Поэтому на подобных вечеринках он сидел с мрачным, раздраженным видом и слушал жену, которая прекрасно владела ситуацией. Гари разговаривал исключительно с хорошенькими соседками и тогда становился заботливым и нежным. Всем было известно, что к этому меланхоличному Казанове женщины прямо-таки липнут{408}.
Одетта была замужней матерью и ничуть не ревновала Гари еще и потому, что долгие годы находилась в связи с другим женатым мужчиной, которого любила. Однажды она даже помогла своему начальнику выпутаться из щепетильной истории, когда тот соблазнил шестнадцатилетнюю девочку и привез ее из другого штата на своей машине. Отец девочки появился в консульстве несколько дней спустя с пистолетом в руке и заявил, что может обвинить Гари в совращении малолетней со всеми последствиями для его карьеры. Одетта клятвенно заверила, что в тот день и час консул находился в своем рабочем кабинете. И это был не последний случай, когда Гари играл с огнем. Несмотря на предупреждения Лесли, он продолжал пользоваться услугами малолетних проституток. В связи с этим он начал получать анонимные звонки. Тоща его спас друг, актер Марсель Далио, который обеспечил ему алиби. Кроме этого, Гари угораздило влюбиться в бездарную актрису Патрицию Нил, которая предпочла направить все силы на обольщение Гарри Купера.
Однажды, когда Гари бежал по лестнице в своем доме за какой-то девицей, он упал и сильно ушибся. «Когда я стану импотентом, — делился он с Одеттой, — я повешусь». Больше всего ее удивляло то, что при этом сами женщины не слишком интересовали Гари. У него не было на них времени — он писал{409}.
Действительно, большую часть времени генеральный консул едва ли замечал окружающих, так сильно его занимало написание очередной книги. Каждое утро до открытия консульства он некоторое время посвящал творчеству. Если днем на службе всё было спокойно, Гари уходил работать на Лорел-лейн, где специально снимал квартиру тайно от Лесли.