Несколько дней спустя, 28 февраля, глава правительства Виши и министр внутренних дел сделали запрос в национальную полицию и канцелярию администрации полиции о местонахождении Романа Касева.
Тема: пересмотр решений о предоставлении гражданства.
Мое внимание привлекло дело Касева Романа, родился 18 мая 1914 г. в городе Вильно, зарегистрирован по следующему адресу: Ницца (департамент Альп-Маритим), бульвар Карлонн, 7.
Прошу сообщить мне все сведения о данном лице, которыми вы располагаете, в частности, адрес, по которому он проживает в настоящее время.
28 июня того же года имя Ромена Касева в последний раз фигурирует в центральной картотеке национальной полиции в числе десяти евреев, находящихся в розыске{254}.
Мина не могла оставаться управляющей пансиона «Мермон», потому что евреям отныне было запрещено иметь свое дело, а на все их имущество накладывался секвестр. У нее не было денег на инсулин, она вынуждена была жить в своем доме на птичьих правах, как в гостинице{255}, так как собственница пансиона Людмила Едвабурк передала управление им другому человеку. Все эти обстоятельства подтверждает письмо госпожи Едвабурк, написанное на русском языке и пересланное Мине через Португалию. По-видимому, роль посредника или даже руководителя в этой критической ситуации играл Александр Павлович, возможно, муж Дины, который не был евреем{256}.
Между 4 и 8 июня 1940 года фронт Вейгана на Сомме был прорван, и немцы двинулись вперед по всем направлениям. После поражения правительство Виши покинуло Париж, и 14 июня совет министров собрался на заседание в Бордо, куда было эвакуировано летное училище Авора. Немцы, подписав с Петеном 22 июня в Ретонде договор о перемирии, присоединили к своей территории Эльзас и Лотарингию, северные департаменты передали под управление германского командования в Брюсселе, а то, что оставалось во Франции, было поделено на две демаркационные линии. В неоккупированной («свободной») зоне, а именно Виши, маршал Петен установил новый режим — так называемое французское государство.
Гари не мог смириться с мыслью, что Франция выходит из борьбы и власть в лице маршала Петена начинает сотрудничать с фашистской Германией. Называя себя неисправимым оптимистом, он признавал, что даже в эти мрачные дни не переставал верить в свою страну и не слишком удивился, когда в обстановке всеобщего хаоса и безволия вдруг раздался голос еще мало кому известного генерала Шарля де Голля, которого отныне французские коллаборационисты будут считать предателем.
Де Голль участвовал в работе Центра высшей общевойсковой подготовки. В 1938 году по заказу маршала Петена он написал книгу «Франция и ее армия». Но если в книге «На пути к профессиональной армии» (1934 год) де Голль выступал за создание профессиональной армии численностью в 100 тысяч человек и состоящей из шести мотострелковых и танковых дивизий, то в последнем своем труде он писал, что Франция уже не в состоянии вести оборону, потому что не обладает в отличие от Германии механизированными наземными и воздушными войсками. Германия еще до 1937 года создала Железную дивизию, кроме того, располагала танками и самолетами-бомбардировщиками, а для Франции время уже было упущено. Меморандум де Голля Петен воспринял со скептицизмом и раздражением. Когда генерал Гамлен доверил де Голлю командование четвертой бронетанковой дивизией, тот поделился с ним своими опасениями. Гамлен ответил, что они не имеют под собой оснований{257}.
Шестнадцатого июня 1940 года де Голль поднялся на борт эскадренного миноносца «Милан», который пришвартовался в Плимуте. Ранним утром он был в Лондоне и остановился в гостинице «Гайд-парк». Днем его принял Уинстон Черчилль. Вечером следующего дня он вернулся в Бордо на самолете, предоставленном в его распоряжение британским правительством. В аэропорту он узнал, что премьер-министр Поль Рейно подал в отставку, а президент Лебрен поручил Петену сформировать новое правительство. Обсудив сложившуюся ситуацию теперь уже с бывшим премьер-министром Пьером Рейно, де Голль в тяжелом настроении глубокой ночью нанес визит послу Великобритании во Франции сэру Рональду Кэмпбеллу и сообщил, что намерен ехать в Лондон. По распоряжению Рейно де Голлю передали 100 тысяч франков из тайных фондов, и утром 17 июня он вылетел в Лондон вместе с генералом Спирсом и лейтенантом де Курселем на борту того же самолета. Около полудня самолет приземлился в лондонском аэропорту.