На что он надеялся, когда отправлялся в родной город, и что из этого вышло?
Ему хотелось утопиться. Ему хотелось повеситься. Он даже и не подозревал, как это может быть больно – по собственной воле терять близких людей, и тем более не подозревал, как может быть больно по собственной воле заставить их потерять тебя.
ГЛАВА 17
1.
Сквозь паутину отчаяния и пьяного дурмана, сплетенную, будто бы из колючей проволоки, Ромео разобрал звуки.
Это была музыка…
Юноша потер глаза, огляделся и обомлел: черный Порш Мэйза стоял прямо напротив него, всего в нескольких метрах, их разделяла только цветочная клумба.
В машине, откинувшись на сиденье, сидел сам Мэйз и наблюдал за ним из-под полуопущенных век. Он давал Ромео время придти в себя. Юноша качнулся, потому что почва уходила у него из-под ног, и медленно, прямо через клумбу, пробрался ближе к машине.
– Мэйз… – он напряг голос, потому что говорить ему было очень сложно. – Спасибо, что приехал… – на глаза Ромео, почему-то, навернулись слезы, но он подавил их. На это ушли его последние силы, и юноша, со вздохом, осел на тротуар.
В это мгновение, в голове Доминика, одно за другим, в обратном порядке, вспышками промелькнули события минувшего дня: зеленые котята – четырнадцать капель – лестница в подвал – автоматические ворота особняка – двое парней на Харлеях – синий Мини Купер на стоянке – гараж дома Дэниелсов; разговор с матерью Ромео – то, как она смотрела на него -разговор с матерью Ромео – ее взгляд на него – разговор с матерью Ромео – Люциус возле двери…
Доминик встрепенулся, выскочил из машины и подбежал к Ромео.
Ромео слабо поднял голову и устремил на Мэйза мутные глаза. Он силился что-то сказать, губы его вздрагивали, но он начинал задыхаться и замолкал.
– Сейчас. Подожди. Сейчас мы что-нибудь придумаем… – засуетился Мэйз. Что же делать? Неужели придется везти его в больницу? Он огляделся по сторонам, словно хотел позвать на помощь. Взгляд его упал на стакан с недопитым кофе. Пальцы машинально полезли в карман куртки и нащупали флакон. Не придется!
«Четырнадцать капель…четырнадцать капель…все будет… замечательно…»
– Ромео, постарайся сесть в машину. Сядь в машину… – повторил юноше Доминик. Он не стал помогать Ромео подняться: ему нужно было время. Всего пара минут.
Он сел на водительское сиденье, захлопнул дверь и поставил стакан на лаковую панель, рядом с собой. Открыл крышку. Достал из кармана флакон.
У него было время, пока Ромео соберется с силами и вскарабкается в автомобиль.
«Ромео, садись в,… раз,… два, … машину…три,… садись…» – монотонно повторял Доминик, в то время как все внимание его было приковано к прозрачным каплям, что медленно и тяжело срывались с кончика большой пипетки.
На девятой капле жидкость в пипетке закончилась, и Мэйз опустил ее в раствор и наполнил снова.
«Десять, одиннадцать…», – дверь с другой стороны резко открылась, и Ромео сделал рывок и опрокинулся на сиденье рядом с Мэйзом.
Тот невольно вздрогнул, и пальцы его сжали пипетку. Все ее содержимое вылилось в стакан, который он тут же подхватил свободной рукой, испугавшись, что Ромео ненароком столкнет его. Пока юноша с трудом усаживался, Доминик зажал флакон между коленями, закрутил крышку и незаметно спрятал флакон в карман.
– На, Ромео, это кофе. Выпей залпом. Быстро. Тебе сразу станет легче. – Доминик протянул ему стакан.
Ему было немного не по себе оттого, что в кофе он нечаянно растворил больше, чем нужно. Сколько там было лишних капель? 5? !0? Он понадеялся на то, что алкоголь, который Ромео принял в избытке, слегка нейтрализует действие наркотика, и все обойдется. В конце концов, не выбрасывать же такой бесценный продукт только из-за того, что его в кофе оказалось чуть больше чем следовало?!
Ромео слабо отмахнулся от предложенного стакана. Но Доминик не собирался сдаваться просто так: Ромео необходимо было отдохнуть, придти в себя, получить свою капельку счастья.
– Я тебе говорю, пей! Тебе надо попить!
– Доминик, мне…я…со мной… мне так плохо… – Ромео затряс головой и прижал непослушные руки к лицу.
Мэйз решил, что если парень не согласится выпить этот, чертов кофе добровольно, то он насильно вольет его ему в глотку.
– Пей! Потом мне все расскажешь. Завтра. Ты выспишься и все мне расскажешь. Все будет хорошо. Только выпей. Тебе надо… – внушал Мэйз.
Наконец, когда он уже начал терять терпение, Ромео вяло принял из его рук стакан. И поднес к губам. Доминик поддержал его руку, чтобы кофе, не дай Бог, не пролился. Юноша хотел ограничиться одним глотком, но Мэйз подтолкнул стакан под донышко, и Ромео пришлось, давясь, проглотить его весь.