— Мы общаемся год, а я не знаю, что сказать, настолько удивлена, — Василькова покачала головой. — Но дядю Ваню, кажется, понимаю.
— Он киснет от скуки в своей каморке и рад поучаствовать в студенческой жизни.
— Мне кажется, дело совсем не в этом. Просто тебе трудно отказать.
— Ага, скажи это Мусаеву.
— Ты все время его упоминаешь, но я так его ни разу и не видела, — в голосе Лины звучала обида, словно Тим был суперзвездой, которую я прятала в кладовке.
— Если тебе так хочется…
— Очень хочется!
— Сегодня мы с ним встречаемся в парке. Присоединяйся. И я даю тебе карт-бланш на побег в первые пять минут общения с Тимом. Он невыносим и терпеть его ты не обязана. Просто беги.
— Я с удовольствием! В смысле, не убегу с удовольствием, а познакомлюсь с твоим другом! — просияла Василькова. Может, она неверно поняла мои рассказы о Тиме? И вместо «зануда и гик» услышала «сексуальный футболист»? Звучит не похоже, но все мы подвержены когнитивным искажениям.
— Но сначала дело, — напомнила я.
— Конечно. Я готова.
ГЛАВА 7
ROMM.COM:
Анонимно вы намекнули мне, что нечестно вешать все грехи на одного Роберта Ромма. Что ж, справедливо. Хотя все мы знаем, кто является лицом славной компании. Иначе мой блог назывался бы ROGOV.COM или ORLOV.COM. Или, на худой конец, DENISOV.COM. Как же хорошо, что все они — персонажи второго плана, потому что я обожаю игру слов.
Сегодня мой настрой ROMMантичен как никогда.
Х.О.Х.О.
Дядя Ваня согласился помочь, едва прозвучало волшебное имя «Роберт Ромм». Оно как заклинание Алохомора, только открывало двери мести. За годы, проведенные в универе, компания Ромма успела насолить и персоналу. Возможно, Василькова была права, и с камерами я зря так заморочилась. Возможно, стоило просто отнести стопку флаеров нашему ректору, и он сам бы их всем раздал. И стал бы моим первым подписчиком.
Но путь анонимности-таки нравился мне больше.
— Давно пора поставить их на место, — одобрительно бубнил дядя Ваня, пока я занималась подменой файлов, чтобы не подставить добродушного охранника, и вела связь с Васильковой, одновременно наблюдая за ней на экране монитора.
Лина не подвела: спокойно зашла в первый корпус, огляделась. Подошла к доске объявлений, открыла стекло и разместила там красно-розовый флаер. Потом без лишних нервов закрыла стекло и… протерла его рукавом толстовки. Видимо, избавлялась от отпечатков. Она правда хороша и смотрела детективные сериалы. Но смотрела недостаточно внимательно, иначе протерла бы и сам флаер.
Дядя Ваня, наблюдавший за происходящим из-за моей спины, не смог сдержать ироничный смешок. Я убедилась, что Лина без проблем (и без свидетелей) покинула корпус, затем стерла запись и заменила ее другим фрагментом. Мое вмешательство мог заметить только кто-то въедливый и внимательный, да и то с трудом. Годы общения с Мусаевым не прошли даром, кое-что я умела.
— Спасибо, дядь Вань! С меня кофе и бабулины блинчики! — пообещала я.
— Как обычно, в пятницу?
— Обижаете! Завтра принесу. И в пятницу тоже.
— Буду ждать, разбойница. Если понадобится помощь…
— Напишу. Возможно, она и правда мне понадобится. Вы как Большой Брат нашего универа, от вас не укрыться. В том числе Роберту Ромму.
— Ты все-таки с ним поаккуратнее, хорошо?
— Не бойтесь. Я уже не первокурсница и Ромм не сможет мне навредить. Даже если очень захочет. Даже вместе с дружками. У меня всегда при себе перцовый баллончик, и я не побоюсь его применить.
— Знаю. Поэтому… помучай их всех, а потом снисходительно пощади.
— В прошлом году они заперли вас в этой каморке на ночь, — напомнила я. — Шутники даже не подумали, что у вас астма. Пощады не будет. Но я поняла, о чем вы тревожитесь. Конфуций говорил: перед тем, как задумать месть, вырой две могилы. Но я еще на первом курсе пережила социальные похороны, потому мне не страшно.
— И все равно будь осторожнее. Бабуле привет.