Пресловутое «держи врага ближе» сложнее, чем кажется на первый взгляд.
Подводных камней хоть отбавляй.
На встречу к Ромму я не торопилась, хотя он и написал, что ждет меня у машины. Пунктуальный какой, ни на минуту не опоздал… но я-то ничего такого ему не обещала. Наслаждаясь серостью, накрапывающим мелким дождиком и пронизывающим ветром, я прогулялась до котельной и сообщила Денису Михайловичу о важных делах, которые не позволят присутствовать на собрании «Университета сегодня». Денис Михайлович равнодушно кивнул и заметил, что можно было просто написать об этом в чате. После я навестила кофейню и взяла самую внушительную порцию кофе. Объем 0.7, идеально. Хотя на вкус как вода.
Попивая этот так себе кофе, я наконец-то появилась на парковке.
Ромм почему-то не сидел в машине, а топтался рядом. И давно: он успел промокнуть не меньше меня, хотя дождь был слабым. Заметив мое приближение, Роберт открыл дверь со стороны пассажира. Играет в джентльмена, надо же… я мысленно выдохнула и нырнула в машину Роберта Ромма. Это чувствовалось так странно, что я даже не посмотрела, что у него за машина такая, заметила лишь черный цвет.
Роберт устроился на водительском месте, пристегнулся, включил печку.
— Ты долго, — обронил он.
— Я не планировала эту поездку, пришлось побегать с некоторыми… делами. Зато я взяла нам круассаны в дорогу, — я пошуршала пакетом.
Но Ромм смотрел не на пакет, а на кофе в моей руке:
— Зря ты. Дорога долгая.
— Ничего, есть же заправки.
— Есть. Но так долгая дорога станет очень долгой.
— Что поделать. Не отказываться же от кофе.
Ромм одарил меня нечитаемым взглядом и отвлекся на выезд с парковки. Само собой, парковался Ромм совсем не там, где это делали студенты с автомобилями — в отстойнике за мостом. Нет! Он оставлял машину рядом с ректорским джипом, и для этого у него даже был специальный пропуск, который он приложил на выезде у шлагбаума. И это при том, что жил Ромм в семи минутах ходьбы от универа и набережной. На машине, учитывая все развязки и выезды, добираться намного дольше, но Ромм это делал. Выпендрежник.
— Как ты раздобыл пропуск? — не могла не спросить я.
— А это что, так сложно?
— Даже Денис Михайлович паркуется в отстойнике, а он преподаватель.
— Приходящий, у него не полная ставка.
— И все же… — в этот момент я вспомнила, что у охранника дяди Вани тоже есть машина. И парковался он тоже в отстойнике, даже когда его мучил артрит, и он еле как мог добраться по скользким дорожкам до своей будки. И тут Ромм с пропуском… кажется, у меня появились новые вопросы к нашему ректору. — Считай это девичьим любопытством. О чем-то же надо болтать в дороге.
Ромм притормозил на светофоре и посмотрел на меня. В его глазах читалась насмешка, словно он видел меня насквозь. Хорошо, что это не так и его взгляды, даже самые говорящие, на деле лишь взгляды. Без особого значения. Как и мои, к сожалению. Потому что Ромм пока не казался мне открытой книгой. Но впереди у нас много часов вместе, а это много шансов узнать о нем побольше.
— Хочешь узнать, как этот пропуск ко мне попал? — усмехнулся он. Светофор загорелся зеленым, Роберт тронулся с места. — Зачем тебе эта информация? Чтобы потом написать об этом в «Университетских новостях»?
— «Университете сегодня».
— Точно. Паршивое название.
— Это еще почему?
— Это отсылка к какому-нибудь «USA Today»? Так «USA Today» звучит, даже рифма есть, запомнить легко. А «Университет сегодня» … без комментариев.