— Некоторые народы Старой Земли изображали Смерть в виде такого вот скелета в черном балахоне и с косой. Коса — это палка с лезвием, удар которого перерезает нить жизни. Носа у черепа под капюшоном, как видите, нет, поэтому эту даму называют еще и Безносой.
— А кубок? — кинув взгляд на знак, спросила я.
— Это пивная кружка, то есть, символ последней фазы переговоров с Любимчиком! — хохотнул он и потянулся к комбинезону Рати.
Она подставила грудь без каких-либо колебаний или сомнений. Зато, когда он закрепил знак, отступил на шаг назад и полюбовался на дело своих рук, озвучила несколько неожиданную мысль:
— Я, как бы, выжила не одна!
— Чистюле я вручу такой же. Перед самым выходом из гипера. Да, кстати, с ней мы договорились. О чем именно, расскажу чуть позже, после того как мы закончим с награждением…
— Это еще не все?! — хором спросили мы.
Эрратец отрицательно помотал головой:
— Нет, осталось самое главное.
Потом перестал издеваться и посерьезнел:
— Шеврон «Конкистадоров» демонстрирует принадлежность к Клану и не более. А тот, кто заслужил право войти в виртуальный экипаж того, старого, капера, носит либо серьгу, либо перстень с крошечной капелькой крови. И выбрать желательно что-то одно!
Мы с Рати посмотрели на украшения, лежащие на его ладони, представили их на себе и, не сговариваясь, потянулись к серьгам.
— В мочку левого уха! — согласившись с нашим выбором, подсказал он. Затем помог их закрепить, критически оглядел результат и удовлетворенно кивнул: — Ну вот, теперь совсем другое дело!
Не успели мы отойти от очередного изменения своего статуса, как Ромм ошарашил снова, озвучив свои договоренности с Доэлью. И, не сделав даже десятисекундной паузы, перешел к тем коррективам, которые он решил внести в наши планы.
Включиться в работу удалось далеко не сразу, но все-таки удалось. Поэтому следующие три с лишним часа мы с Рати слушали объяснения, старательно укладывали в голове те нюансы, которые он подчеркивал, и даже прорабатывали отдельные сценки. А в самом конце он нас убил еще одним заявлением:
— Как я понимаю, вы отдали мне свои Мечты не на неделю, поэтому планируете улететь с Тэххера вместе со мной, верно?
Мы утвердительно кивнули.
— В процессе общения с Чистюлей я чуть-чуть расширил свои знания о типах связей между партнерами, принятыми в вашем королевстве. Вернее, вытряс из нее все, что она об этом знает, и все, что она может сказать о поведенческих реакциях ваших женщин, начиная с простолюдинок и заканчивая знатью. А когда составил цельную картину и представил, как заявился бы к королеве в сопровождении двух «безродных фавориток», то мысленно схватился за голову: такой глупой ошибки ваш высший свет мне бы никогда не простил! В общем, я пришел к выводу, что меня не устраивает, как мы выглядим со стороны…
Услышав последнюю фразу, Рати полыхнула обреченностью. Пришлось подтягивать ее к себе, заключать в объятия и успокаивать легкими поглаживаниями. А Ромм, уже почти привыкший к тому, что с уменьшением расстояния в дружбе мы с ней стараемся находиться как можно ближе одна к другой, продолжил объяснения:
— Посудите сами: я — один из глав Клана «Конкистадоры», а значит, моя свита обязана внушать уважение. А тут две молоденькие девушки, о которых никто ничего не слышал! Даже если не учитывать то, что ко мне и моему окружению по определению будут относиться крайне пристрастно, картинка получается не очень — мальчишка, соблазнившийся красотой первых попавшихся на глаза тэххерок, и две никому не нужные дурочки, с горя примазавшиеся к дикарю из какой-то глухомани. Ну, и о чем эта троица вообще может говорить с целой королевой?
Я сглотнула подступивший к горлу комок, прижала к себе окончательно отчаявшуюся подругу и угрюмо подтвердила:
— Так и будет. А когда придворные сплетницы выяснят, что я третья дочь главы одного из самых захудалых родов Тэххера, а Рати вообще только-только заслужила личное дворянство, они ославят тебя на все королевство!
— Ославили… бы! — усмехнулся он и вдруг посерьезнел, в мгновение ока превратившись из доброго, веселого и легкого в общении парня в жесткого, холодного и расчетливого «Конкистадора»: — Но кто им даст? Теперь, когда я разобрался в вашей психологии и понял, где и в чем ошибался, смогу все переиграть. Дамы…
Коротенькая пауза, которую он сделал после этого слова, заставила нас с Ратианой похолодеть. Как оказалось, зря:
— Я заявлюсь к королеве в сопровождении двух «Конкистадоров» — орденоносцев, по совместительству являющихся моими законными супругами… если вы, конечно, готовы войти в род Ромм и разделить со мной ответственность за наше общее будущее! Только учтите, что временные браки я в принципе не понимаю, так что эти отношения навсегда!