Малая пехотная лопата взгрызалась в сочную землю, комки земли летели в точно заданное место — Эурон перекапывал свою землянку восемь раз, до того как она удовлетворила сержанта Джона.
Сержанты здесь из простолюдинов, но Эурон уже научился игнорировать происхождение, так как попытки восстановить "сословную справедливость" были пресечены жёстко. Нет, его не наказывали. Просто эти ребята настолько хорошо владеют рукопашным боем, что в схватке один на один мудохали Эурона как неловкого годовалого ребенка. В бою на мечах схватки против даже двоих сержантов Эурон выигрывал уверенно, особенно если было много свободного места — он с детства учился обращаться с мечом и топором, куда им до него?
Всё это ждало бедолагу Боуэна, который пришел в первый раз и для него всё происходящее дико. Впрочем, видно, что парень ожидал чего-то подобного, раз не орёт и не возмущается, как Эурон в самом начале. Или жизнь ему с самого начала показала, что ему никто ничего не должен.
Нет, Эурон сам не вырос в тепличных условиях, но у него даже в худшие времена были обязанные ему подчиненные, в абсолютном одиночестве он оставался надолго только после предательства Аши с Виктарионом, один, в подштанниках и с тупым ножом, которым даже не зарезаться нормально. Вестерос с его лютым холодом отрезвил, а вот британские владения почему-то вернули ощущение собственного благородства. Ложное ощущение. Опасно ложное.
Остров Кромлехов показал, что Эурон стоит ровно столько, сколько может заплатить. Потом, кровью, волей. Кормёжку выдавали на всех одну и порции рассчитаны ровно на сорок семь человек. А их пятьдесят. Рассчитаны порции так, что их ЕДВА хватает на сорок семь взрослых мужчин, которые весь день занимались тяжелым трудом и изнурительными тренировками, поэтому первые недели они дрались за еду. В рукопашном бою бывшим крестьянам и ремесленникам Эурон не уступал, а даже превосходил, поэтому питался наравне с самыми сильными. Затем остальные скооперировались и наваляли устоявшейся группе "питающихся", Эурону в том числе. Это был тяжелый месяц, в результате которого он сильно потерял в весе, но потом что-то человеческое проснулось в остальных и еду начали делить поровну.
Текущий состав, в который Эурон попал, тоже насчитывал пятьдесят человек, сорок девять которых сейчас рыли землянки как могли, а пятидесятый рыл со знанием дела. Скоро будет вечер и ужин, поэтому Эурону надо успеть подхватить инициативу и засесть на распределение пищи. Для придания весомости своим правам, необходимо взять себе в команду этого паренька, Боуэна.
— Значит, слушай, Боуэн. — обратился Эурон к лежащему неподалёку бедолаге. — Скоро будет ужин, еды хватит не на всех, как минимум трое пролетят мимо, но я тебе гарантирую, пролетевших будет значительно больше. Чтобы не началось неразберихи и несправедливости, советую пойти со мной и заняться честным распределением пищи. Рано или поздно мы всё равно к этому придём, поэтому лучше раньше, чем позже. Меньше потом будет заточенных друг на друга зубов. Пошли!
Боуэн нехотя поднялся с травы и направился вслед за Эуроном, который на корабле предусмотрительно обожрался солонины и выпил много воды, что само по себе было неплохим преимуществом.
Пришли сержанты, Эурон всех их знал, это были ранее упомянуты сержант Джон и сержант Черные Штаны. Последний был одичалым, но Эурона это больше не смущало. Парень он жесткий, но удовольствия от измывательств над курсантами, что водится за некоторыми сержантами, не испытывает, просто выполняет свою работу.
Сержанты вытащили из грузовика ящики с едой — сорок семь резиновых пакетов с весьма ограниченным набором еды внутри. Как написано на этих пакетах: "Набор для второго обеда". То есть, это даже не полноценный рацион, обычная закуска, которую им дают в качестве основного блюда на завтрак и ужин. Завтрак они пропустили, поэтому сегодня только ужин. Эурон за этот год многое узнал о питании солдат армии Уизли. Существовали полноценные наборы длительного продвижения, одного такого хватит чтобы прокормить солдата в течение троих суток. Он видел, как одним таким набором питались сержанты, но сам ничего подобного не пробовал. Это одна из его целей, когда он вернется в Кейлин.
— Ужин приехал, поросятушки! — зычно проорал сержант Джон.
С этими словами он пнул ящик, из-за чего пакеты высыпались в грязь. Сержанты, удовлетворенные произведенным эффектом, а эффект проявился в стремящихся к ним отовсюду курсантах, удалились к грузовику.
— Спокойно! — Эурон преградил путь спешащим к еде курсантам. — Спокойно! Здесь сорок семь пакетов! Нас пятьдесят! Слушайте меня! Сейчас мы найдем сухое место и честно всё разделим!