- Ты как? Ужасно выглядишь. – Подняв голову, она только и успела заметить, как парень, в свете луны из большого окна показавшийся сероглазым брюнетом, подошёл ближе, собираясь предложить помощь. А потом накатила тошнота, спазмами вынуждая резко согнуться, выворачивая ужин на пол у кафедры.
Позывы, очень болезненные, заставляли плакать и корчиться, и, если бы не его руки, придерживающие, лежать бы ей в луже из недопереваренной каши и желудочного сока. А так только стонала жалостливо, хныкала и кашляла, держась за живот.
Когда второй из их группы проникновения оказался в поле видимости бокового зруния, она уже почти успокоилась и опустела настолько, что, почти повиснув в кольце рук, только содрогалась в судорогах и спазмах. И молилась, чтобы свидетели забыли об этом. Чашка с водой, протянутая безымянным и безликим, оказалась очень кстати. Но на то, чтобы повернуть голову и рассмотреть лицо второго ей сил не хватило. А потом спасительный обморок накрыл сознание.
***
Это утро началось весело для всех, кто подходил к воротам, а побывали там все, услышав о происходящем. Зрелище невменяемых мужчин стоило потраченных усилий. Когда те проснулись, не ощутили совершенно ничего необычного. Они зевали, терли лица и глаза, но вот когда посмотрели друг на друга… Уровень тестостерона неожиданно взвился до небес, когда симпотный блондин с наманикюренными ноготками вдруг полез целоваться к суровому брюнету, с криком «Элизия, любовь моя». Тот сначала не понял, а потом оттолкнул нахала, бросаясь на третьего с какими-то нечленообразными мычаниями. Закрутился такой себе любовный лабиринт, чуть не переросший в оргию и побоище, но неожиданно все они отшатнулись друг от друга, в страхе вскрикивая. И поехало.
Мужчины то липли друг до друга, пытаясь оттолкнуть поклонников, то в страхе отбегали от объектов любви, оказываясь не в тех объятьях, то кто-то неожиданно глох, немел или его накрывала слепота. Видя почти всех своих товарищей, ставших такими за недолгое время осады, один маг пытался спросить у них, что здесь делает богиня его грез, и почему его товарищ по несчастью на коленях просит ласки, вот только его «богиня», матерясь сквозь зубы, била морду свей «изменщице», а потом резко осела, потеряв все звуки и, схватившись за голову, кинула заклинание в ближайшее дерево, разнеся его в щепки. Хотел-то попасть в тварь, что решила заразить его голубизной, но промазал. Через некоторое время метаний они наконец-то заметили, что что-то не так, и сели, стараясь успокоиться. Накатывающие страх и паника разумности не способствовали.
Как только они поняли, что именно произошло, и решили попытаться выйти из-под воздействия, в игру вступил пакостник, закидывая их из-под полога одноразовыми шариками со стандартными заклинаниями типа путанки, заикания, икоты, чихания, смеха, спотыкания, эмоциональной нестабильности и прочей ерунды, неприятной, но не опасной.
Деятельность по снятию всего этого добра затянулась на полчаса, и её прервали появившиеся нимфы, вышедшие под ручку с лешим. Девушки глупо хлопали глазками и выпячивали достоинства, а леший пошел на договоренность – недруги перестанут портить его лес в обмен на два часа в компании прекрасных нечистых. Мужчины согласились, жаждая доказать свою нормальность после приворотных и иллюзорных чар, а когда лесовик ушел, его девочки затанцевали. Вступило в действие проклятие импотенции, а через несколько минут красотки обратились огромными гоблинами и сбежали, хихикая над глупыми человеками.
- Мне это надоело! – Вскричал тот самый блондин с маникюром и шарахнул изо всех сил по воротам, из-за чего скрылся в ближайших кустах, отброшенный отдачей. Не смотря на неудавшийся пример, его товарищи поддержали такое положение поддакнув и наконец-то разорвали всю магию вокруг, пытаясь прекратить все воздействия. Мир поплыл, меняя очертания. Мужчины стояли в болоте, слева виднелся бережок, но стоило им сделать шаг, как все погрязли в трясине. Впереди мелькнула мавка, запев тонким голоском:
- Меня засосала опасная трясина~. – Хихикнув, видя их лица, нечистая улыбнулась и мурлыкнула: - Девочки, они ваши.
Отовсюду показались руки, а за ними отвратительные головы кикимор, затягивающих бедных магов вглубь. Кто-то кричал, кто-то палил магией во все стороны, и только спустя десять минут кошмара, во время которого невменяемые приседали и скакали по идеально ровной земле у ворот академии, пытались выбраться, протягивая руки тем, кто сумел избавиться от плена болота, кто-то догадался развеять иллюзию этой самой трясины.
Изначально Алиса хотела под мороком отвести их в настоящее болото, но пакостник решил сделать уклон в ментал и иллюзии на месте, что, несомненно позволяло больше.
Адепты ржали, почти валяясь по земле, вторя крикам спасающимся. А виновники сидели на стене, управляя концертом, и тоже не могли сдержаться, хватаясь за животы. Одна Алиса не столько смеялась, сколько корчилась в судорогах – чем-то среднем между булькающим полусдержанным смехом и стонами боли.
Враги взвыли, и один из них поймал головой пузырек, брошенный Амандой. Стоя и чувствуя, как зелье непонятного происхождения и назначения течёт по голове и капает с носа, маг выходил из себя. А потом ему стало не до ярости, голова неожиданно зачесалась, а потом появилось ощущение, что её одновременно жгут и режут. Кто-то побежал ему помогать, но он, не разбираясь, смел того волной магии, хватаясь руками за голову и пытаясь охладить.
Другой как-то случайно споткнулся, и земля под его ногами осыпалась, низвергая в Ад, где, перекрикивая визг падающего, смеялся ректор, обвиняя того в измене родной альма-матери.
Третий маг хотел было помочь сотоварищам, но не успел оглянуться, как и его затянуло в воспоминание, старое и несчастное, момент, когда мать выгнала десятилетнего сына из дома, потому что тот не нравился её новому мужчине. Воспоминание продолжилось и он, взрослая копия мальчика, схватил неведомо где взявшийся топор и набросился на женщину.
Четвертый маг вздрогнул, слыша рык животного, и трусливо взвизгнул, уворачиваясь от него. Оба попавших в ловушку схлестнулись в поединке, сражаясь против иллюзий, накинутых друг на друга.
Посмотрев влево, адепты увидели увлеченно раздевающих друг друга мужчин, и, если парни имитировали рвоту, то вот девушкам представление очень понравилось. Жаль, что закончилось почти дракой, когда они одновременно попытались положить друг друга в пассивную роль, вида мороки женщин и пылая приворотной любовью. В итоге их противостояние превратилось в замешательство и задумчивость, а после снятия личин, они отпрыгнули друг от друга с такой скоростью и такими лицами, словно случилось нечто непоправимо-отвратительное. Глянув вниз сначала расслабились, а потом вспомнили о свей нынешней несостоятельности на любовном поприще и взвыли.
И как апофеоз их страданий, когда все иллюзии развеяли, глава их группы слишком поздно заметил и узнал часть артефакта, задетую ногой. Будучи не магом, он не ощутил выкачки сил, но в итоге свалился и сам, натолкнувшись на заклинание сна.
Прекратив записывать происходящее, Алиса щелкнула пальцами, дезактивируя всё, что ещё работало. Спектакль официально закончился, а куклы упали, словно им отрезали ниточки. Не хватало только опущенного занавеса и поклона. Но, увы, режиссёры предпочли остаться в тени, а актёры спали беспробудным сном.