- Стричь как тогда? Или короче?
- Давай как тогда. Просто чтобы чёлка … ну, как обычно была. Под ней глаза удобно прятать, если надо. – Аманда кивнула, подцепила прядь у виска и обрезала, оставив короткий, буквально трехсантиметровый хвостик. Ей самой такая стрижка нравилась, если бы не тот факт, что стригла она свою лучшую подругу и … стригла девушку, в первую очередь. А девушки так не ходят. Да и парни тоже. Очень сомнительно, что хоть одному цирюльнику пришло бы в голову делать такую ерунду. Не профессионально. «Как это вообще будет выглядеть?!» - с изумлением спросили бы они. Пряди, обрамляющие лицо, доставали до самого подбородка, а все остальное торчало ежиком, укорачиваясь подобием лесенки к затылку. Да и чёлку при такой прическе та подымала и зачесывала на бок, не давая ей падать на лоб и лицо. Только в ситуациях, когда подобное требовалось.
Ведьма не сдержалась, спуская чёлку так, как она выглядела при их первой встрече, придерживая её пальцами на уровне уха. Та закрывала левый глаз почти полностью и постоянно вылезала из-за ушка, пока однажды ведьма не заколола её чудной заколкой с цветком. Сейчас заколка покоилась на дне шкатулки, забытая за ненадобностью.
Когда стрижка закончилась, ведьма всплакнула, шмыгая носом.
- И мне бы грудь перетянуть. – Та повторно вздрогнула, непонимающе оглянулась, а потом тяжело так вздохнула, наблюдая за Алисой, которая, после сожжения волос, занялась складыванием нижнего белья. Вообще сделать это она хотела уже после занятий, но решила, что лишние пять минут погоды не сделают.
- Выбросишь?
- Нет. – Со вздохом призналась, понимая, что такие в этом мире нигде не найдет. Лифчики, как их назвал дед, стали её любимой деталью гардероба, и прощаться с ними оказалось очень тяжело. Но для своей цели она могла пожертвовать не только ими.
Аманда Эстрис, потомственная ведьма, закатила глаза, молча вопрошая ниспослать ей терпения, ибо оно стремительно тает, расходуясь на всех окружающих. И, моргнув, испуганно пискнула:
- Только давай без главного мальчишеского атрибута обойдемся. – Красноволосая заинтересованно посмотрела на неё, переходя от запихивания лифчиков в самую дальнюю часть шкафа, до поисков бинта для обвязки. – Без вонючей обуви! – Взмолилась, уточняя атрибут. Драконша засмеялась, приседая, и ощутила, как доля напряжения пропадает вместе со смехом. На душе стало спокойнее.
Через двадцать минут, сразу после прозвеневшего звонка, дверь в аудиторию первого курса боевых магов открылась, и внутрь ввалилось нечто не опознаваемое. Точнее, когда это нечто выпрямилось, осматриваясь и убеждаясь в том, что преподавательницы эльфийского ещё нет, и скоренько шмыгнуло на свое привычное место, подгоняемое цоканьем каблучков в коридоре, все узнали в нем свою согруппницу, и, не переставая щуриться, цепко проследили за её передвижениями.
Нет, ничего странного или совсем уж необычного они не увидели. В отдельности все элементы не вызывали никакого удивления. Штаны самые обычные, в которых ходит превалирующее большинство парней, не узкие, но и не особо широкие. Ботинки, тоже самые обычные, со шнуровкой, не высокие, до половины икры. Свободная рубашка на пуговках, из-под которой выглядывала в горловине футболка, сумка, плащ, перекинутый через руку. Ничего особенного. Волосы, ещё более укороченные, почти такие же, как когда поступала. И главное – почти абсолютная плоскость. Почти, потому что рубашка видимость ухудшала, но Ракуш заметил сразу, что там что-то не так.
И все с напряжением следили именно за этой частью тела, мысленно прося повернуться таким ракурсом, чтобы стало лучше видно. Девушка завозилась, вытаскивая на парту тетрадь и карандаш, ручку, черепушку, которая в последнее время всё реже и реже хотела с кем-либо говорить и всё чаще оставалась в библиотеке. Арнад и полуорк первыми убедились – плоско. Не совсем, но плоско. На вошедшую эльфийку внимания особо не обратили, всё больше переживая кризис в своей внутренней среде группы.
- Лис. – Тихонько позвал Дрон, пытаясь не сболтнуть «натяни рубашку, чтобы я видел!». – Что-то случилось?
Ракуш закашлялся. Он резко вспомнил вчерашнее происшествие и понял, что в сидящем позади него человеке от девушки осталось разве что смазливое лицо, да и то, печать усталости делала его куда как грубее. Можно ли было принять её за излишне миловидного парня? Запросто. За девушку? С натяжкой.
-Нет. – Усмехнулась горько. – Теперь всё отлично.
- Я вам не мешаю? – Не выдержала эльфийка, стукнув папкой по столу.
- Извините, госпожа Нириэль. – Хором протянули адепты и повернулись к ней, готовясь к паре. Та фыркнула, прошла по аудитории, заглядывая в открытые тетради некоторых, размышляя, проверять ли задания или нет, дошла до Алисы. Та понятливо повернула тетрадку к ней, показывая, что всё в порядке.
- А у тебя что, кризис самоопределения? – С каким-то искренним сочувствием и пониманием поинтересовалась, рассматривая девушку. Похоже, она и лицо иллюзией подкорректировала – немного уменьшила разрез круглых глаз и сузила пухлые губы. Чтобы убедиться, магичка подцепила несложный морок, стаскивая его, и открыла привычное личико, всё же больше миловидное и девчачье, чем мальчишеское.
Драко ощутила, как магия рассеивается, сворачивается в небольшой камушек, ранее висящий на цепочке в ухе, а теперь сверкающий гвоздиком там же. Небольшой гранат в мочке, без излишеств, без красивой оправы, с обычной огранкой. Просто камушек, не привлекающий особого внимания, сливаясь с волосами. Так как магия создавалась не ею, прочувствовать её дезактивацию не получилось, но она все же сумела, всего за мгновение до полного распада, свернуть звезды в глазах, скрывая их. Получив полное дозволение Хаоса, она могла скрывать метки когда захочет, но морок всё равно носила, чтобы не заморачиваться страхом забыться.
- Можно назвать и так. – Кивнула она, не вдаваясь в подробности, и подняла морок вновь, расслабляя метки. Наблюдая в зеркале за этим процессом, постоянно удивлялась тому, что ведут они себя словно живые. Вертятся иногда, а при прятках – сворачиваются клубочком, уползая в самый центр зрачка.
Эльфийка неожиданно склонилась, понижая голос так, чтобы только девушка её услышала:
- У меня тоже когда-то так было. Отец всегда хотел сына, потому и назвал меня мужским именем.
А после распрямилась, и, как ни в чем не бывало, продолжила выборочный осмотр.
Нириэль честно признавала, что талант к языкам есть максимум у десяти существ в этой группе, и ещё около десятка хотят или могут их учить, прилагать усилия. Остальным для галочки, для общего ознакомления, но уж никак не для пользования, по крайней мере сейчас они определенно не считают это знание важным. И она совсем не собиралась тратить время на тех, кто не готов делать тоже в ответ.
Ко всему прочему, боевики мрут как мухи.. так стоит ли распинаться?
- Отлично. Сегодня мы будем проходить такой занятный раздел, как времена. Прошлое, настоящее, будущее. Делал, делаю, буду делать. Энфанто, энфаро, энфито.
Эльфийка окинула взглядом адептов и вздохнула. С этими обезьянами работать ещё и работать, чтобы они стали хоть немного похожими на … полноценные личности. Она, пережившая в своей долгой жизни не один стресс и не одну психологическую травму, считала себя знающей. И небезосновательно пыталась помочь всем, кто этого в её понимании заслуживал и.. нуждался.
И в первую очередь, с сего дня она решила всеми силами помочь маленькой девочке, что так похожа на неё саму. Но отложила эти мысли на потом, уступая планам на Самайн. Требовалось приготовить одежду, аксессуары… чтобы блистать…
В красноволосой головке промелькнула мысль, что что-то забыто. Мысль повертелась, вынула из памяти понимание, что к чему-то надо приготовиться… но ушла сразу, стоило глазам узреть наполовину исписанную правилами и примерами доску. Чертыхнувшись, Алиса подхватила ручку и принялась строчить вслед за остальными.