Аран метнулся в полубреду, стараясь вырваться из пут сна.
Брат прорвался в дом Элили без позволения. Тяжкое оскорбление никто сносить не собирался. Когда воины Элили налетели на Астара, Аран хотел помочь. Он вмешался бы, не удержи его Шульги.
– Не надо, Аран, не надо! – в панике повторял Шульги, прижимая друга к полу. – Они же и тебя…
Аран резко отбросил голову назад, разбивая высокородному нос, но тот не ослабил хватку.
Аран пробудился со стоном, сорвавшимся с потрескавшихся губ. Перед глазами все еще лежало тело брата. Астар умер, спасая его. Если бы Аран успел принести клятву, его ждала бы участь похуже смерти. Шульги… Шульги пытался взять вину на себя, но их затея обернулась крупным скандалом. Семью Даор изгнали из Абарги, разрушили их дом.
В двенадцать лет Аран познал истину Аккоро, и счастье более не приходило в его дом с той же легкостью, что раньше. Он свернул с Пути, и за это поплатились его близкие.
«Обещай мне прожить долгую и счастливую жизнь, Аран, – говорила мать. – За себя и за Астара, хорошо?» Она не обвиняла его. Ни отец, ни мать, ни сестра даже в разгар самого жаркого спора не попрекали его смертью брата. Младший сын семьи Даор сам справлялся со своим наказанием.
Прошли годы, прежде чем Аран увидел Шульги на официальном приеме. Они представились, словно никогда не знали друг друга, и более не заговаривали.
– …чше? Господин воин? Выпейте.
Аран не заметил, как служанка поднесла к его губам чашку с водой.
– Спасибо, милая, – выдавил он, смочив горло. – Я давно тут валяюсь?
– Вас нашли сегодня в полдень, а сейчас уже вечер. Вам лучше, господин воин?
– Голова трещит. Позови лекаря, милая… Нет, стой, сначала принеси бумагу и перо, мне нужно отправить сообщение. Отнесешь его в соколиную башню, поняла? И найди самую быструю птицу, знающую путь в Силло.
Аран дрожащей рукой накорябал послание для семьи. Буквы выходили кривыми, а слова запрыгивали друг на друга. Увидев письмо, мать определенно заволнуется, но Аран должен был справиться о ней и сестре.
Девушка-служанка послушно упорхнула, сжимая в руках послание, и на смену ей явилась мудрая – сосредоточенная женщина с холодными руками. Осмотрев Арана, она назидательно рекомендовала не вставать с постели несколько дней, пить лечебные отвары и прикладывать прохладные компрессы к виску.
Разумеется, он попытался встать, как только за мудрой закрылась дверь. И сразу упал. Мир зашатался, опасно накренился, и Аран, неуклюже ухватившись за подсвечник, повалил его на пол рядом с собой.
Мудрая с каменным лицом вернулась, молчаливо помогла забраться обратно в постель и с отсутствующим видом повторила свои инструкции. Как будто он мог спокойно отлеживаться несколько дней! Эта дрянная девка, Сурия, уходила все дальше, да еще Энки с Шархи… У него не получилось передать их в руки правосудия. Власть в Абарги сменилась, и новые хозяева города не жаловали представителей Даор. Удастся ли отследить северянку?.. Нужно разослать сообщения соглядатаям у северных границ.
С этой мыслью Аран провалился в забытье и пару дней не просыпался.
Реальность проступала урывками, разбитыми фрагментами. Мелькало расстроенное лицо служанки, мудрая делала ей выговор. Слова сливались в гул, отступивший только на второй день после попытки встать. После пробуждения в голове еще шумело, но земля не плясала под ногами. Он мог стоять. Мог идти. Но куда? Отследить Сурию – вот что важно. И сообщить о преступниках Энки и Шархи. Хотя Аран сомневался, что местные воины станут помогать – у каждого свои заботы, и тягости Арана никого не интересовали.
– Вам пришел ответ, господин.
Служанка принесла Арану письмо с гербом города Силло. Воин отбросил тряпку, которой протирал тело, обратно в деревянную бадью с водой и потянулся за долгожданным ответом.
В груди похолодело от дурного предчувствия. Послание отправила не мать и не сестра. Непослушными пальцами он сломал печать и прочитал о приведенном в исполнение приказе властителя.
Аран опоздал. Не привел Сурию. Его сестру и мать казнили, а самого его изгнали из Силло.
Воин с ревом опрокинул стол, подвернувшийся под руку, и служанка, испуганно пискнув, вжалась в стену.
«Мог ли я спасти их?» Аран пытался найти способ, как мог бы помочь матери и сестре. Мысли метались в поисках ответа, найти который на самом деле он не желал. Слишком поздно для ответа. Он выбрал путь, и вот куда тот привел. Не он ли убил всю свою семью? Мысль резала Арана на части. Он рассыпался. Не оставалось ничего.