– Что это?
– Слива в сахаре. Ты их глазами пожирал…
Энки и правда хотелось попробовать, но к прилавку он подойти не смел. Да и к чему, если вкуса он не почувствует? Твердая корка походила на стекло. Надкуси – и она трескается, а в рот попадает такая же безвкусная слива.
– Ты сильно похудел, – ворчал Шархи, пока они шли к входу во дворец. – Можем поменять поваров.
– Не нужно. – Энки передал недоеденную сладость слуге. – Как дела у отряда капитана Шу?
– Опять ты о делах, – поморщился властитель. – Еще и в праздничный день!
– В иные ты занят, Шархи, и тебе не до бесед со мной.
Властитель вздохнул. Вид у него был усталый, на лице проступало скрытое за улыбкой беспокойство.
– С южными собаками сложно иметь дело, – сказал он, понижая тон. – Их стратегии… нам незнакомы. Поганцы любят нападать по ночам и всегда преуспевают. Прокляни их Бездна! У них что, зрение как у котов?
– Я слышал, их ведет Аран?
– Все верно. Жаль, что я не добил его, когда был шанс, – сказал властитель и бросил осуждающий взгляд на друга. Он не забыл, кто остановил его руку. – Южане играют по-грязному.
– Травят питьевые источники, – кивнул Энки.
Он узнал это из докладов.
В Урсе разрешили брать воду только из городских источников. Низкорожденные, не имевшие доступа к колодцам, по-прежнему ходили к реке. Любой глоток мог стать последним, но люди пребывали в блаженном неведении. Пока что.
– И ведь сами из них пьют, но им хоть бы что! Верно, потому, что у них по жилам с рождения течет яд, – хмурился Шархи. – У нас есть чем ответить. Пусть соберут свое войско – прикончим их одним ударом. Надеюсь на тебя, брат. Но не будем говорить о южанах в столь радостный день. Отдохнем, ведь ночью нам глаз не сомкнуть…
Заснуть в праздничную ночь сулило пять лет бедствий. Все – от жрецов до низкорожденных – дождутся первого луча солнца и только после отправятся спать.
– Я не стал собирать во дворце семьи высокородных, – сказал Шархи. – Пускай празднуют у себя.
– Почему?
– Они утомляют меня так же, как тебя. Встречать праздник с ними? Сомнительная радость. Малая гостиная отлично подойдет для нас, раз гостей не будет, что скажешь?
«Отличная возможность, чтобы еще раз поговорить с ним», – думал Энки, но на многое не рассчитывал. Шархи перестал его слушать. Иногда он казался прежним другом, вместе с которым они помогали ослепленной девочке, но куда чаще в нем проглядывало лицо беспощадного властителя. Шархи не планировал останавливаться на достигнутом – он грезил обладанием всего востока. А что потом?.. Сколько бы ни получал богатств, Шархи жаждал еще и еще. Его имени страшились. Люди не знали, что ждет их завтра, возможно, поэтому и возлагали особые чаяния на грядущий год.
Энки в первый раз улегся в покоях, приготовленных для него во дворце, чтобы передохнуть перед наступлением праздничной ночи. Слуги закрыли ставни, погружая комнату в темноту.
Вертясь на мягком матрасе, жрец не мог сомкнуть глаз. Чудились то крики высокородного с площади, то стоны умирающих, сопротивлявшихся завоеванию своих городов. Сотни и сотни складывали головы. Но Шархи не вёл счет погибшим.
Заснуть так и не удалось.
Слуги пришли одевать Энки к празднику, задавали какие-то вопросы, на что он бездумно кивал. Для него выбрали темно-кобальтовые одежды, отделанные серебряной вышивкой. Немолодые женщины, большую часть жизни посвятившие служению в обители, не боялись переговариваться в его присутствии. Обычно их разговоры радовали Энки, но сегодня он не прислушивался к ним и покинул комнаты, не посмотревшись в зеркало. За спиной прозвучали разочарованные вздохи – господин жрец не оценил их великолепную работу.
В Малой гостиной накрыли стол, в камине разожгли огонь. Властитель сидел на подушках, дожидаясь друга, а в дверях топтался один из советников, периодически протирающий платочком лысую голову.
– Шархи, нужно поговорить, – сказал Энки, присаживаясь рядом.
– Да, погоди, если не приму его сейчас, он всю ночь взглядом будет впиваться. Подходи, почтенный советник, да побыстрее.
Пухленький высокородный поспешил поклониться.
– Мой властитель! Срочное донесение! Нам удалось отбить Тоуш. Воины моей семьи проявили доблесть. Сражайтесь за властителя, говорил я им, и побеждайте с его именем на устах. Так они сделали.
– Тоуш? – призадумался Шархи и добавил насмешливо: – Тоуш – мелкая деревня. И это твои новости? Верно, тебе не терпелось похвастаться. Как мило, советник!
– Д-да… Деревушка, но… – Советник подрастерял запал. – Но что… что делать с жителями? Они встретили южан как избавителей. Кормили их, отдали лучшие дома.