– Беги в другую сторону, Маар. Или мне рассказать твоим родителям, как низко ты пал? Кроме них, ни одна живая душа больше не питает к тебе любви и уважения. Хочешь разочаровать их? Хочешь, чтобы я сделал их жизнь сложнее?
– Н-нет… Нет!
– Беги!
И он понесся, оглашая округу плачем. Маар кричал, сражаясь с существом и проигрывая ему. Адад пожирал последний осколок человечности.
Нергал тоже бежал. Быстро, не разбирая дороги. Пусть Маар и сражался за себя, но покупал он время Нергалу. И будущему всего человеческого рода.
Глава 31
Прощание
Белая ленточка, свисавшая с ветки, колыхалась на ветру, а под ней столпился народ. Все как один в масках: одни были старательно вырезанными и расписанными узорами, другие – сделанными наскоро. Стояли поодиночке, парами, переминаясь, посвистывали и шушукались.
– Еле-еле маску нашла! Хотела без нее идти… – ахала женщина.
– Да ты что! А если тебя узнают? – отвечали ей.
– Пусть узнают! Кому хотят рассказывают. У нас полдеревни к нему бегает. Мы помалкиваем, но дураков нет.
– …если не приедет? – вопрошал немолодой мужчина.
– А точно сегодня?
– Вон ленточка висит. Сегодня.
– Кто вешает-то? Получается, общаются с ним?
– Чего любопытствуешь? Может, я вешаю. И чего?
– Спросил и спросил. Чего кипятишься?
– Сегодня-сегодня! Сегодня будет. Моя сестра идет с ним в караване, для одной-то дороги опасны.
– А правда любому помогает?
– Правда-правда.
– Меня лекарствами спас.
– И меня.
– А нам зерно привез. Я потом с соседями поделился.
– Верно все это. Сегодня мне помогали, а завтра – я.
– Болтать-то все горазды!
– Вон он!
– Едет! Едет!
Первым на дороге показался буйвол с массивными рогами. Он тащил повозку, а за ней шло человек двадцать, и тоже все в масках. Люди притихли, дожидаясь, пока повозка подъедет к ленточке. Управлял ею жрец. Молва о его появлениях на дорогах, отмеченных белыми лентами, разлеталась быстрее лесного пожара. Любой мог отправиться с ним, обезопасив свое путешествие. Да кто бы посмел напасть на жреца властителя? Поговаривали, он был на короткой ноге с Ашу. Молва рисовала его монстром высотой с дерево, а в реальности он был парень как парень. Худоват, бледноват да с синячищами под глазами. Простым людям он давал зерно и лечебные смеси, а не это ли важнее прочего?
– Спасибо, господин! Вот взойдет, соберу урожай – и все поселение хлебом накормлю, – благодарила женщина.
Энки улыбался в ответ, хотя селянка этого не видела – смотрела в землю.
Купить повозку и разъезжать по дорогам востока было отличной идеей. Он стал предлагать людям помощь, но те поначалу отказывались и убегали. Так было до тех пор, пока Энки не осознал: дело не только в страхе перед ним. Все боялись, что их осудят, выдадут. Тогда-то Энки и припомнил Белет с ее маской.
Сперва он мастерил маски сам и оставлял их подле белых лент там, где задерживался перед отъездом.
Местные приходили, осматривались. Самые догадливые надевали маски – и получали от жреца просимое. Со временем слухи множились. Люди смекнули, что к чему, и сами начали изготавливать маски. За ними не было видно ни статуса, ни лица.
Народ шел к жрецу – за лечением, за приютом, за едой. Люди приходили и уходили. Решение их проблем никак бы не помогло всему Аккоро. Но за мелкими на первый взгляд трудностями стояли жизни. Одна, две, пять… Энки уж точно не решал судьбу народов – делал то, что по силам каждому, жрец он или низкорожденный. Никакой великой цели он не преследовал и просто наслаждался мелькающими мгновениями.
– А я тоже так смогу! – сказала как-то одна девушка из пришедших к Энки. – У меня даже осел есть! Хоть и старый. И телега есть! Пусть и с одним колесом. Починю! Я могу развозить грибы – у меня на них нюх!
Мать с шипением утянула ее за собой, но такой энтузиазм вселял надежду. Воистину Энки не делал ничего особенного. Единственное, что его отличало, – это возможность свободно ходить по дорогам.
– …И оно взойдет? Почва только отмерзать начала, – сомневался очередной нуждающийся, забирая свой мешочек с семенами. – Да я ж не жалуюсь, но странно это!
– Зерно привезли с севера. Это особый сорт, – отвечал Энки. – Даст всходы даже холодной весной. Не бойся, ростки не погибнут.
– Во даете! Сколько о посадках знаете!
– У торговцев вызнал. Не беспокойся, урожай будет.
– А вы нормальный! А говорили, будто образина шальной… Ай!
Мужичка толкнули в бок.
– Ну чего? Я ж просто говорю!
– Остано́витесь передохнуть? – спросил у Энки широкоплечий мужчина, из-за маски которого выбивались седоватые волосы. – У меня дома место есть.