Трясущийся Рувер перезаряжал оружие.
«Нет, все не может закончиться так, – подумал Энки. – Не сейчас».
Жрец метнулся вперед. Твердая хватка на рукояти кинжала, уклонение от неловкого удара ремесленника и выпад – точный, молниеносный и милосердный. Глаза Рувера закатились, но умер он не сразу. Навыков Энки не хватило, чтобы тотчас оборвать жизнь. Стоны, похожие на вой животного, врезались в память Энки и продолжали гулко отдаваться в ушах даже после того, как Рувер затих.
– Шархи!
Высокородный лежал на земле, хватая ртом воздух. Стрела прошила плечо насквозь, наконечник сломался после падения Шархи на землю. Энки оттер кинжал от крови об одежду и положил оружие на ближайшие пышущие жаром угли.
– Я… читал, как… – жрец прочистил горло. – Нужно прижечь.
– Знаю.
– А потом нанести мази. У нас нет лечебных трав. Лучше найти, иначе… Ладно, об этом потом.
Энки дождался, когда лезвие кинжала раскалится. Он постарался сделать все быстро. Два прикосновения, шипение и отвратительный смрад горелой плоти. Шархи выругался, но прижигание сделало свое дело – кровь остановилась.
– Уедем… уедем… уедем подальше, – выдавил Шархи, стараясь дышать ровнее.
– Знаешь, как распрячь лошадь? Ее приготовили тянуть повозку с клеткой.
– Да… Ослабь ремни… проклятье!..
Следуя указаниям Шархи, Энки расстегнул ремни и снял с лошади хомут. Та стояла спокойно, ее не потревожил даже хаос. Жрец помог другу сесть на лошадь, а потом сам залез на спину животного. Поводья высокородный не взял, но каким-то образом управлял лошадью одними ногами и пустил ее рысью.
Поглядывая по сторонам, Энки поведал о случившемся в лагере ремесленников. Рассказывая о Рувере, он вглядывался в окружающую черноту, выискивая притаившихся разбойников.
– Нужно было их оставить. Я ошибся, да? Принес еще больше смертей. Не думаю, что те ремесленники были плохими людьми.
Шархи устало вздохнул.
– Правильного выбора не было, друг мой. Делай мы, что велит Путь, разве сидели были бы тут? Согласно Пути, твое место в обители, а мое… мой прах уже бы развеяли предатели. – Шархи чуть повернулся к жрецу и скривился от боли. – Увы, перед тем как наступит мир, прольется кровь не только злодеев. Пострадают те, кто привык к старому порядку, те, кто не знает ничего, кроме него, и будет держаться до последнего. Я не знаю, возможен ли другой мир, мой друг. Мир, где одни люди не запирают в клетки других. Весь мир мне не подвластен, но я сделаю все, что в моих силах, чтобы сделать нашу провинцию на востоке лучше…
Если в итоге мир станет лучше, окупится ли пролитая кровь? Энки надеялся, что да, иначе не находил себе оправданий.
– Может статься, больше этого никто не скажет, – продолжал Шархи, – но я благодарен тебе. Спасибо, друг мой, за то, что освободил пленников. Когда-то и мою мать так же привезли на забаву властителя. Жаль, ее никто не освободил. Но сегодня… Я понимаю, что это тяжелый выбор, Энки. Все жизни бесценны. Клянусь тебе, в моей провинции об этом будут помнить.
Оба замолчали. Прерывистое дыхание Шархи да редкие всхрапы животного – вот и все, что нарушало тишину. Энки понемногу расслаблялся – страх упасть с лошади притуплялся.
– Впереди горят факелы, Шархи. Там люди. Не меньше пяти или семи…
Шархи встрепенулся.
– Что?.. А, похоже на торговый караван. Скорее всего. Разбойники о своем появлении факелами не объявляют.
– У них должны быть лечебные мази.
– Наверняка. Смешаемся с ними и дойдем до цитадели.
Шархи надавил пятками на бока лошади, и та прибавила ходу. Изо всех сил вцепившись в гриву, Энки думал только о том, как бы не сверзиться на землю.
К счастью, скачка продолжалась недолго. Они нагнали караван – семь лошадей и восемь всадников. Энки с удивлением обнаружил среди людей двух беловолосых северян – девушку и мужчину.
Женщина-мудрая во главе каравана с подозрением смотрела на приближавшихся путников. Поняв, что их всего двое, она немного расслабилась.
– Куда направляетесь? – спросила мудрая.
– На юг, госпожа, – поклонился Шархи, придерживая раненое плечо. – С вами нет воинов?
– Нет. Высокородная семья выдвинула такие условия, что… Нет, воинов в сопровождение мы не получили. На вас напали? Проклятые разбойники, накажи их Ашу! Присоединяйтесь, вместе безопаснее. Мы тоже идем через ущелье на юг.
– Спасибо, госпожа.
– Пустое!
– Я Ши, а это Эр. Мы братья. Рождение наше… засвидетельствовали в книге Кровных Уз трое из рода ремесленников… Ух, проклятье!.. Мы ученики из городка Нунни.
– Благословят Ашу нашу встречу! Я Мади из рода мудрых. Поспешим же. Найдем лекарства для Ши и вновь в дорогу.