Расспросов было много, но все же мне отдали документы, заявив лишь напоследок, что если я не смогу поступить в другой колледж, то они меня обратно не возьмут.
Конечно, я не собирался поступать в другой колледж, да и куда мне. В кармане шаром покати. Ни работы, ни денег. Хотя я пытался найти любую работу, но ничего не выходило, на прежней работе мне просто отказали, даже не выслушав, а для других работодателей я был слишком молод, либо нужен был стаж. Об учебе теперь пришлось забыть, что будет, то будет.
Недолго думая, я решил свою двухкомнатную квартиру в центре обменять на однокомнатную с доплатой на окраине, чтобы быть поближе к той самой поляне. Да и жить нужно было на что-то, что оказалось весьма непростым занятием.
После смерти матери у меня на руках остались только документы, в которых указывалось, что квартирка принадлежит матери. В агентстве, куда я обратился, мне все в подробностях объяснили, и то, что я вот так просто, с бухты-барахты, не смогу продать квартиру, и то, что я должен взять письменное согласие у ее родной сестры, так как она тоже является родственной наследницей. Я не знал, что делать. Идти к ним, это как идти на верную гибель. Что я ей скажу, я продаю квартиру – подпишите? Да она даже не подпустит меня к себе ближе, чем на километр.
Дни сменялись новыми днями, а я никак не решался идти к ним, каждый раз придумывая новые слова, которые скажу им при встрече. Но только я подходил к их подъезду, как все слова, которые я повторял от самого дома, пока шел пешком, путались, а часть этих слов вовсе улетучивались из моей головы. И мне ничего не оставалось, как вернуться обратно домой.
И вот, уже собравшись с силами и приготовившись к их оскорблениям, дождавшись, когда Яна уедет в колледж, а Дядя Саня на работу, я уже направлялся к их подъезду.
– Да, – ответил я, достав мобильник из кармана джинсов, и остановился, так как было плохо слышно, да еще скрип снега под ногами мешал.
– Здравствуй, Дэн, это Эльвира.
– Здравствуйте.
– Ну как продвигаются дела, вы были у своей тети?
– Я как раз сейчас направляюсь к ним, только что сказать, не представляю.
– Хорошо, Дэн, я хотела вам предложить кое-что, но это будет стоит определенных денег.
– Что это? – заинтересовался я.
– Вы вовсе можете не ходить к своей тете, этим займутся специально обученные люди и объяснят ей все в подробностях.
– Это, конечно, радует, но сколько будет стоить эта услуга?
– Всего пятьдесят тысяч и вы спокойно можете переезжать, так как нашлись покупатели на вашу квартиру.
– Хорошо, – засунув мобильник в карман пуховика, я уже проходил мимо подъезда. Теперь заходить к ним и не обязательно, и эта новость слегка обрадовала, но и в тот же момент огорчала. Мне не хотелось отдавать такие большие деньги, но никуда не деться: либо это, либо мне пришлось бы отдать половину суммы от продажи квартиры тете, так как я вряд ли смог бы с ней договориться, а лишь переругался бы с ней по полной и лишился последнего – крыши над головой.
– Дэн, – услышал я позади себя голос тети и обернулся. Перематывая минутный разговор с Эльвирой, я не заметил, как она подъехала.
– Добрый день, тетя Мия, – я хотел продолжить, но она меня опередила.
– Тебе что-то нужно? – прищурив глаза, спросила она.
– Нет, – соврал я, – я так просто заходил к знакомому, он живет вот в том подъезде, – указал я на соседний подъезд, – и простите, тетя Мия, я спешу.
– Ладно, я не буду тебя отвлекать, но если что – обращайся.
– Аха, – покачал головой я и свернул за угол.
Почему я не сказал ей, ведь она сама предложила помощь. Ладно, это теперь не моя проблема, раз я плачу такие деньги, пускай этим занимаются спецы. А мне пора, взглянув на часы, подумал я. И действительно, нужно было поспешить, на улице начало смеркаться, а до поляны еще топать и топать.
«Осталось пройти еще квартал, и я вновь увижу ее», – подумал я и, проходя мимо цветочного ларька, остановился и, не мешкая, зашел.
– Для мамы, девушки или еще кому-то? – осыпала меня вопросами продавщица.
– Для девушки.
– Я так и знала, – вот возьмите – очень прекрасный букет из полевых цветов.
– Но, я…
– Даю стопроцентную гарантию, этот букет понравится ей, он напомнит ей лето, – растянулась она в улыбке.
– Хорошо, надеюсь.