Но это означало бы, что запланированные дела останутся незавершенными. Главное, не забыть про обещание, данное Робби.
Какое-то время удавалось избегать встреч. Тем более что писатель сразу же по возвращении засел за работу над новым романом. Лишь утреннее плавание неизменно оставалось в режиме его дня. В редкие минуты, когда два обитателя дома встречались за столом, Уорнер был столь вежлив и уклончив, что девушка после такой застольной беседы с огромным облегчением запиралась в своей комнате. Зато продвинулась в учебе — выполнила огромный объем заданий. Сама от себя не ожидала.
Начинало казаться, что по-другому уже и не будет, но в один из вечеров Уорнер заявил: ужинаем в ресторане. Ну что ж, наверное, у него какие-то свои обязательства перед супругами Фри. Надо сказать, что с момента появления Линды Мэдж ни разу не показывалась здесь. Какими бы ни были отношения этой дамы с Уорнером раньше, приезд Линды, несомненно, на них повлиял.
Ресторан так ресторан. Все лучше, чем это затянувшееся одиночество. Надо вести себя так, чтобы Филиппу даже в голову не пришло, будто она, Линда, ревнует его к Мэдж. Лучше оставаться в тени. Но как раз этого-то ей и не удалось.
— О! Прекрасная Белинда! — шумно приветствовал ее мистер Фри, как только они вошли в ресторан. Мэдж стояла у стойки бара, но, едва завидев Филиппа, мгновенно подскочила к нему и повисла на его руке. Линде ничего не оставалось, как только мило беседовать с Джеком Фри.
Тот задавал дурацкие вопросы об их поездке в Бирмингем, позволял себе двусмысленные шуточки. Очень почему-то развеселило его то обстоятельство, что мисс Бекли была на свадьбе подружкой невесты.
— Вы останавливались в Бирмингеме у друзей? — полюбопытствовала Мэдж.
Вопрос вроде бы адресовался мисс Бекли, но ответить на него поторопился мистер Уорнер:
— Как ты, видимо, знаешь, у меня в Бирмингеме есть свой дом, и, естественно, мисс Бекли жила там.
— А как же ее репутация? — с многозначительной ухмылочкой задал вопрос Джек Фри.
— Не смеши! Она же его племянница! — залилась смехом Мэдж. Ледяной взгляд Филиппа несколько снизил накал ее неожиданного и неестественного веселья.
— Линда мне не племянница. Что касается репутации, то с этим все в порядке, не волнуйся. А до людских пересудов нам нет никакого дела.
Так он словесно расправился с Мэдж и Джеком, а для Линды придумал другое наказание — не перебросился с ней ни единым словом. Они уже ехали домой, когда девушка наконец не выдержала этой пытки молчанием.
— Ты сегодня что-то уж слишком сердит, — осторожно начала она. — Похоже, я опять создаю какие-то проблемы.
— Не ругай себя за глупость других людей, — бросил Филипп. А потом тихо добавил: — В моем общении с супругами Фри есть свои подводные камни, о которых ты не знаешь.
Линда промолчала. Надо быть совершенно слепой, чтобы не замечать этих «подводных камней». Мэдж явно неравнодушна к Филиппу, а Джек, судя по всему, не пропустит ни одной юбки. Супруги Фри друг друга стоят.
— Держись подальше от Джека Фри, — сказал вдруг Уорнер, чем очень удивил девушку.
— Мы с ним сегодня и увиделись-то второй раз. Я ведь без тебя никуда не хожу. Он мне совсем не нравится. И если честно, они оба мне не нравятся.
В этот раз Филипп не стал напоминать ей, что речь идет о его друзьях. Вместо этого он, помолчав минутку, сказал:
— Если ты хочешь куда-нибудь пойти, скажи мне.
— Я… я вполне довольна своей жизнью. После бирмингемской суматохи это просто каникулы.
— Давай прогуляемся по пляжу, — предложил Филипп. — Сегодня не холодно, а ты одета теплее, чем в прошлый наш визит к Мэдж и Джеку.
Линда поджала губы. Он, конечно, не хотел обидеть ее своим замечанием, но ей ли не помнить, какой дурой она чувствовала себя в тот вечер.
Был час прилива, Филипп посчитал нужным успокоить девушку: — В это время суток море забирается на берег дальше всего, но здесь оно всегда спокойно.
— Живя в таком доме, невозможно не знать моря, — заметила она.
— Что верно, то верно. У всех, чья жизнь связана с морем, особое отношение к нему. Пора бы и тебе выучить его причуды.
Он взял девушку за руку. Какое вокруг умиротворение! Лишь прибой тихо шепчет о чем-то своем. Когда Линда попыталась выразить это состояние спокойного соединения с природой, Филипп рассмеялся.
— Спокойствие это обманчиво. Не успеешь оглянуться, как волны вновь разбушуются.
— Я, наверное, побоялась бы остаться здесь ночью одна, — тихо произнесла девушка. — Место как будто специально создано для пиратов.