Хотя, нет! Они вдруг сами собой зашевелились, с треском вставая как положено создателем, я чуть опять не отрубился от боли. Недолекарь удивлённо смотрел на происходящее, но отвлёкся на мой вопрос. Я же видел происходящее благодаря его слабенькой магии, что опутала мою руку.
— Спокойно, барон, — ласковым голосом, в котором просто читалась неприязнь, сказал лекарь. — Вы пострадали при схватке. Я вас лечу. Будет долго, больно и дорого, такие раны сами по себе не проходят.
— Так! — рявкнул я так, что маг отлетел чуть ли не на метр. — Охрану сюда, бегом!
Дверь тут же распахнулась, в проёме показался здоровяк собственной персоной. Вместо ровной кожи у него багровели кривые шрамы. Маг четвёртого уровня даже намёка на них не оставил бы. А передо мной был именно полноценная четвёрка.
— Этого — в зиндан! — скомандовал я. — Как минимум за саботаж. Далее! После допроса выгнать с волчьим билетом и никогда не пускать на территорию. Интересно, на кого он так халтурно работает? У нас вроде три лекаря. Те два при мне пока не посрамили своё призвание. Что с пленниками?
Халтурщика тут же скрутили двое, что стояли позади Бродислава и увели. А он тяжело опустился в кресло напротив моей койки. С пол минуты посверлив меня глазами, он не выдержал:
— За что ты его так, барон? Он самый сильный лекарь, и недавно совсем, может, не освоился ещё?
— Нет, дружище. Четвёрка в ранге не оставила бы тебе шрамов. А мои кости срастил бы за минуту. Амулет у меня есть, ранг определяю, но не тип магии. Всё равно полезно. Он четвёрка!!! Его цель — тянуть деньги, а не призвание, понимаешь? Такие мне здесь точно не нужны. И обязательно разберись, меня ему заказали, чтобы он мне криво кости срастил? Ломать их вновь и выравнивать было очень больно.
Взяв какую-то тряпку, я демонстративно намотал их вокруг сломанной руки, которая уже была в порядке. Даже мышцы срослись, и кожа стала гладкой. Бродислав с недоумением посмотрел на происходящее.
— Но тебя же он вылечил? — тихо уточнил он.
— Нет, — отмахнулся я. — Мой бог, Росс, мне помог. И кости выправил, и вылечил. Только это информация не для разглашения. Ты заслужил доверие, потому я тебе это рассказываю. Остальным знать не надо.
— Вот оно как. А как узнал, что лекарь халтурит?
— Я же объяснил, — нахмурился я. — Я точно знаю его ранг. Для него вылечить нас всех без последствий — раз плюнуть. Значит, его цель — вымогать денежку. Вот только это не та профессия, где можно подобное проворачивать. Мне даже интересно, почему его до сих пор клятва лекаря не догнала? Они же клянутся при выпуске с академии помогать всем, кому можно и насколько могут. А оплата постфактум, часто на усмотрение выживших с его помощью. Исключение — заранее составленные сделки, там суммы любые. Мутный он, слишком много несоответствий.
Чувствовал я себя уже великолепно, и потому, не стесняясь наготы, встал и пошёл искать свою одёжку. Эх, мне бы пространственный артефакт, даже самый слабый, на пол кубического метра. Где бы взять образец для копирования, ведь мне вроде это доступно? Ну или будет доступно. Ладно, не спешим.
Бродислав терпеливо дождался, пока я оденусь и предложил:
— В допросе не хочешь поучаствовать? Трое, включая главаря, выжили. И даже не особо пострадали. Ты крут. Где и когда в таком возрасте ты научился подобному? Это невероятно, в голове не укладывается. Нет, я знаю, что ты крутой боец, но ты круче меня! Уж прости, что с собой сравниваю, просто раньше сильнее никого не встречал.
— Тайна рода, уж прости, — стандартно отмазался я. — И ты невероятно крут, я был уверен, что тебя размажет тот боец секунд за десять, не в обиду. Ты меня сильно и приятно удивил. Так-то он был сильнее нас обоих. В честной схватке мы бы не справились, я просто его подловил, когда он не ждал.
— Если бы не ты, я бы там лёг, — совсем грустно усмехнулся мужчина. — Я уже кончался. Кстати да, я тебе жизнью обязан, признаю вслух!
Его тело окутала уже знакомое мне серебристое сияние. Росс воспринял это как клятву и подтвердил! Вот только Бродислав не был почитателем Росомахи! Сам парень с недоумением разглядывал свои руки, с которых уходило сияние.
— Это что сейчас было? — с недоумением спросил он.
— Это мой бог подтвердил искренность твоей клятвы, обязательства, так сказать. Оно обычно так и выглядит. Уж не знаю, с чего он к тебе снизошёл, ты же не его почитатель?
— Я бесфамильный, безбожник, — потеряно сказал здоровяк. — Кто же меня, простого пехотинца, в род возьмёт, ну, в слуги рода? И никогда проявлений богов не встречал, прости, удивился и испугался. А от своего обязательства не отступлюсь! Я человек слова, даже без божественных вмешательств.