Теперь у меня над головой был жёлтый от времени потолок, когда-то задумывавшийся как белый. Я огляделся, чувствуя себя вполне сносно. И это точно не заслуга лекаря. Похоже, начинали работать мои проклятия. Точнее благословления, хотя разница в них не было никакой, кроме типа воздействия и названия.
Я находился явно в номере гостиницы. На продавленном кресле рядом с кроватью спал Бродислав, держа в одной руке арбалет, в другой длинный меч. Я даже не знал, как этот тесак ростом с меня назывался. Я прокашлялся, надеясь, что здоровяк от испуга не пальнёт. Но обошлось, он просто открыл глаза, внимательно меня изучая.
Я осмотрел своё тело. Три благословения работали прямо сейчас. Все три, в которые была вложена магия лечения. А вообще я сверкал, как новогодняя ёлка. У меня получилось!
— Как ты? — тихонько спросил братишка. — Мы все испугались за тебя, когда тебя без сознания вытащили из данжа. А лекарь сказал, что тебя его лечение не берёт, прикинь? С возвращением, брат! Хоть не зря?
— У меня всё вышло, брат, — потянулся я, чувствуя, как тело наполняется энергией. — Спасибо тебе. Можно возвращаться.
— Нельзя! — угрюмо возразил мне парень. — Утром был Львович, помнишь такого? Он попросил, чтобы мы закрыли форт и никого не пускали. И не выпускали тебя. Он там что-то накопал, сейчас носом землю роет, образно. Просил три дня твоей защиты.
— Хм.
— Да! А ещё я сделал объявление народу. Они единогласно согласились защищать тебя здесь. Даже дежурства на стене распределили, оружие приготовили отражать внешние атаки. Тебя любят, Андрей. Так, пойду скомандую про еду, небось голодный?
Словно подтверждая его слова, в животе очень громко заурчало. Да, голоден — слишком слабое определение. Я сейчас целого слонохвата сожрал бы. Сырым. И даже не потрошённым. Просто кивнул, соглашаясь. И схватил стакан с водой, стоящий на тумбочке рядом. Пить хотелось даже сильнее.
Еду доставили минуты через три. Это что же, её держали наготове? Или отобрали заказы у кого из посетителей? Хотя, говоря по совести, мне было фиолетово. Я жрал, как не в себя, как в последний раз, как… эпитетов было море, все озвучивать не буду.
Наконец, я отвалился на подушки, оставив пустую посуду. Не смейтесь, я даже кости сожрал. Рыбные, куриные и даже бараньи. Но организм мне сказал спасибо, вогнав в сон. Ну да, таинственное восстановление Росса тоже работало. Кстати, может благодаря ему и выжил, только похудел.
Два следующих дня я с командой ходил по данжу. Убивал монстров, потрошил их. Но было скучно. Я что, перерос подобное? Не хотелось бы, адреналин всегда вносил огромный кайф в мою жизнь. Я часто жил ради него. А тут… мелкие зверушки, так я их воспринимал. Даже самых серьёзных противников.
Вечером моего последнего дня «заточения» ко мне подошёл Бродислав. Я сидел в одиночестве в самом дешёвом кабаке. Только здесь был шанс, что ко мне никто не полезет просто пообщаться. Включая команду. Было тоскливо. По вечерам я придумывал новые благословения, которые помогли бы мне выжить. И даже наложил на себя ещё с десяток.
— Депрессуешь? — вместо привета спросил он и плюхнулся напротив. После чего поднял руку, зовя официантку. — Зря ты это. Львович был. Говорит, тревога ложная. Это просто был экспресс-урок от твоего учителя. Сказал, что ты поймёшь!
Ять! Как я сразу не подумал? Да меня самого сейчас завалить почти невозможно. Для этого понадобится минимум тройка магов аж шестого уровня, столько защиты я себе набубенил. А сколько её у учителя, за пару сотен лет? Вот то-то! Он ваще бессмертный, по идее. Провёл, гад такой! Ничего, отомщу. За всё. Пока не знаю как. Не жёстко, но обидно!
— Что он ещё сказал? — внешне спокойно поинтересовался я. — Мне лично что-нибудь передавал?
— Да, просил передать «не горячись», — отламывая у огромного гуся лапу, сказал он и впился в неё белоснежными зубами. — Вот только не спрашивай, что это значит. Думаю, ты поймёшь, Львович не тот чувак, который будет сотрясать воздух. Объяснишь, что происходит?
— Прости, брат! — вздохнул я. — Это не то, чем я могу поделиться. Возможно когда-нибудь. Сейчас не могу. Простишь?
Он лишь долго посмотрел мне в глаза и после спокойно кивнул.
— Конечно, брат! Ты в своём праве, я тоже был служивым. У самого секретов, как блох на дворняге. Главное, держись.