Мы спокойно поели и даже слегка выпили. А потом случился сюрприз. За мной приехала моя машина с моим молодым водителем. Вот же, как его зовут-то? Надо что-то решать с памятью. Помнить имена окружения — самое главное. Даже дворняге Тотошке приятно, когда ты, проходя мимо, погладишь её и скажешь «Тотошка»! Что уж говорить про людей, с их эго и самомнением, и уверенностью, что мир крутится ради них?
Да, память надо развивать. Может у учителя есть какие схемы для этого? Парочку благословений этого направления точно создал бы.
Василий, по обыкновению, встречал меня на крыльце. И это был первый раз, когда он не ругался и не ворчал. И вообще, был каким-то прибитым. Удивлённый, я спросил:
— Василь, что случилось?
— Да много чего, вашбродь, — понурился он. — Основное, это то, что род теперь внезапно стал богат по местным меркам. А у нас даже армии нет. Защиты нет. А слухи о нашем достатке уже есть. Объявить нам сейчас войну — раз плюнуть. И захватить, и уничтожить — тоже. Пять отставников не вывезут. Они, считай, старики ужо. Да и мало это.
— И что нужно?
А ведь и правда, об безопасности я думал, но отвлечённо. Ни личной армии, ни укреплений у нас не было. Не считать же укреплением высокий бетонный забор вокруг особняка? Я его одним заклинанием проломлю. И ссориться по той же причине старался максимально аккуратно. Чтобы прилетало мне, но не моим людям.
Мы прошли в кабинет, и я велел подать еду туда же. А ещё позвать Антоновича. Одна голова хорошо, а три — уже мудень изнаночная. Вскоре все и всё были на месте. Стол накрыт, два советника сидели напротив, жадно поглядывая на графин с коньяком. Я кивком разрешил себе налить. Василий тут же выступил барменом.
Я же продолжил набивать пузо. Сколько я не ел, вечно хотелось ещё, сильно меня потрепало на изнанке. Экзамен, мать его! Ух, доберусь я до Юрия! Замщу, как есть замщу.
— Ну, рассказывайте все новости, — прожевав, повелел я. — Что происходит и кто нам грозит?
— Смородинцевы договор прислали с нарочитым, — привычно дёргая носом, начал Антон Антонович. — Простите, господин, но я его изучил. Как вам это удалось? Я, стало быть, изначала подумал, что шутка это такая несмешная. Вот только печати оказались подлинными.
— Угук, — я срочно заталкивал пищу в желудок, чтобы ответить. — Для нас там плохого нет? Хорошо изучил? В двух словах права и обязанности сторон расскажи.
— Они входят под наше управление, ежели в двух словах. Полностью. Вплоть до одобрения браков. Точнее под ваше личное управление. В ответ мы должны их направлять и достойно управлять. Ещё там про взаимозащиту, союз, сталбыть. А у них армия так-то неслабая совсем. Не то, что у нас. Зачем им это, вашбродь?
— Это неважно, — поморщился я. — Не забивай голову. Если всё хорошо, поутру вели машину подать, в Ейск поеду регистрировать. Подводных камней точно нет?
— Точно, господин, — склонился бухгалтер. — Я его до дыр зачитал, ни одной подставы нет. Наоборот, всё в вашу пользу, вы глава и всё такое. Да, и старый договор забрать не забудьте, его уже почти неделю как завизировать должны были. Про тонкое место.
— Так, а что тогда такие пасмурные? С деньгами что решили?
— Так пока арестовали их, — высказался Василий. — Проверяют правомочность, откуда, за что и подобное.
— Серьёзно? — я аж жевать перестал. — Платёж от самого Мышкина вызвал подозрение? Интересно, есть в этом мире идиоты, которые рискнули бы его нагреть, тем более путём прямого перевода с его счёта на свой? Они там с головой дружат? Ладно, это я тоже завтра в Ейске выясню, ещё и в банк заеду. Что ещё?
— Информация об этом переводе как-то быстро распространилась повсюду. Вас уже окрестили миллионером. Кто-то намеренно слил и раздул. А уже вот это может иметь последствия. Как я уже говорил, могут объявить войну с получением от проигравшей стороны всего движимого и недвижимого имущества. И повод пустяковый придумают, но обязательно с оскорблением чести, и всё такое.
Василий замолчал, сокрушённо качая головой. Было видно, что он абсолютно уверен, что мы не выдержим. А вот я был в себе уверен. Против армии, настоящей, я не вытяну, это понятно. Но супротив просто нападения на особняк — запросто. Идея!
Надо пригласить в гости обоих учителей, погостить. Тут и море рядом, хоть и мутное, Азовское, и фрукты-овощи, черешня уже отошла, абрикосы тоже почти, но появлялись дыни с арбузами. Да и персики, сливы, груши, яблоки. Много чего. Может, это и недостойно, использовать их втёмную… Хотя! Я же могу и правду рассказать. Поедут — хорошо, не поедут, буду сам вывозить.
Уснуть не мог долго. Мысли одолевали. А утром сорвался в Ейск. В приёмной очереди не было. Я постучался в нужную дверь и вошёл. Вот только ожидаемого мной гада Кленового на месте не оказалось.