— Что, и тебя эта болезнь поразила? — скривился росомаха. — Нет такой религии, нет у них храмов, всё это выдумки! Вы-дум-ки, понимаешь?
— Ага, и что я сейчас стою возле одного из них, разрушенного нами, — язвительно начал я. — И то, что они с людей жизненную энергию качали тоннами, это я всё выдумал? Или мне навязали, может? И что одна девочка чуть не погибла от печати во всю спину, выкачивающую у неё жизнь, мне привиделось?
Под конец я уже просто орал. Алиска, прижав ушки, отползла задом метра на два. Похоже, я переборщил. Но Росс оставался спокоен. С грустью посмотрев на меня, он сказал:
— Я только что посмотрел. Вас толпа, стоит рядом с кучей мусора. Банки, бумажки, железки непонятные.
— Серьёзно? — ошалело уточнил я. — Они свои дела даже от богов прятать умеют? Отпусти со мной Алису, пусть она просто глазами посмотрит. А после тебе расскажет. Десяти минут хватит. Так можно? Ей поверишь?
— Да будет так! — с непонятной торжественностью объявил Росс. — Ступайте!
И вот я уже стою, где стоял, только мои руки отвисли под уже заметной тяжестью моей малявки. А она, оглянувшись, полезла мне за пазуху. Вот только размер не тот, у неё не получилось там уместиться, хотя она явно старалась.
— Что это за ужас, пап? — дрожащим голосом спросила она. — Мне так страшно никогда не было. Оттуда злом и ужасом веет! Что это?
— Не бойся, я рядом, — я потрепал ей по холке. — Запоминай всё, расскажешь деду в подробностях, хорошо?
— Андрей, у тебя был разговор с богом? — Светлана внимательно разглядывала меня и появившуюся у меня в руках малявку. — Что он сказал, если только это не тайна рода?
— Что храма не существует, — ответил я. — Боги их не видят. Простите за крамолу, но они, походу, тоже не всесильны. А сейчас прошу меня извинить, мне на минуту внутрь нужно. Очень.
Алиса попыталась вжаться в меня, пока мы приближались. Её глаза расширялись, ушки были плотно прижаты к голове. Она скалилась, сама явно не осознавая этого. Но мне нужно было, чтобы она увидела.
Друза так и валялась на полу, здесь вообще ничего не изменилось. Как только малая углядела кристаллы, шерсть у неё на загривке стала дыбом, и она зарычала, низко, долго, зло. У меня аж у самого волосы дыбом поднялись от этого невозможного звука.
А в следующую секунду Алиска рванула в сторону камня, явно собираясь с ним воевать! Её спасли только моя реакция, я успел ухватить её за одну заднюю лапу, притянув к себе. Слишком ярко в памяти выглядели обгоревшие руки Альберта, что посмел дотронуться до непонятного минерала.
— Пусти! — рявкнула мне в лицо моя малявка. — Я должна, нет, обязана это уничтожить!
— Верю, верю, — тихонько шептал я, пятясь и пытаясь успокоить зверя, удерживая силой. — Уничтожим обязательно! Вот подрастёшь и будешь грызть такое тоннами. Пока рановато немного.
Больше я сказать не успел ничего, щенок просто исчез, мазнув меня по щеке на прощание. Я попробовал воззвать к Россу, но как на стену наткнулся. Он не отвечал. Я его даже зверушкой обозвал, реакции никакой.
Я пошёл обратно к компании, которая всё это время наблюдала за мной.
— Ну, какие новости, — немного встревоженно спросила Светлана. — Что сказал твой Росомаха?
— Молчит, — пожал я плечами. — Понял одно, эту друзу кристаллов необходимо срочно уничтожить, поскольку она несёт зло. И не спрашивайте меня, что это значит. Я не в курсе.
— Сейчас, — Львович сделал голосом акцент на слове «сейчас». — Уничтожать её нельзя. Слишком весомая улика. Слишком многое мы сможем выяснить по ней. Надеюсь. Это первый трофей подобного типа. Вообще первый, насколько я знаю. А у меня очень высокие допуски.
— Смотри сам, — пожал я плечами. — Я просто передал тебе эмоции божественной малышки, что у меня на руках была, думаю, ты обратил внимание. А бог мне теперь не отвечает, прямо щит какой-то поставил. Похоже, устраивают разборы полётов и разборки. Надеюсь, что-нибудь сообщат, как закончат.
— Альберт! — шустрая маленькая тень рванула к нам от машины.
С другой стороны автомобиля выходила «Лизонька». А сестрёнка крутого бойца с разбегу влипла в брата. Молча. Только слёзы катились. Причём, у обоих. Все замолчали, наблюдая за этой трогательной сценой, а у меня защипало в глазах.
Получается, я сдержал своё слово. Хотя, до последнего момента и были огромные сомнения. А парень, пытаясь не показывать мокрые глаза, повернулся ко мне.
— Теперь я точно твой до скончания веков, — счастливо прохрипел он. — Спасибо!
— А что у вас с голосом, юноша? — Елизавета как раз подошла к нашей компании. — Ну-ка, посмотрим…
Я увидел поток голой силы, что протянулась от тощей девочки, мага жизни, к горлу Альберта. Через секунду он исчез. А довольная Лиза шутовски поклонилась.