В ответ была тишина.
— Андрей, что это ты вдруг полыхнул? — поинтересовался брат. — Сам себе что-то пообещал? Глупостей не наделаешь?
— Надеюсь, нет, — рассеянно подтвердил я, думая о своём. — Не обращай внимания. Через какое время твари точно уходят обратно?
— Максимально известный срок — около трёх суток. И да, я ровно на трое суток закрываю первую изнанку. Надеюсь, ты не собираешься туда?
— Собираюсь, брат, собираюсь, — ответил я, переходя через зеркало портала. — Слово дал, придётся. Иначе мы не вышли бы. Поверь мне. Но мне дали гарантии, что я выйду. Я не знаю, что это за тварь, но она мыслит и умеет общаться.
— Ты рехнулся? — вечно спокойное лицо Бродислава дрогнуло, выдавая эмоции. — Это невозможно! Интеллект у твари изнанки? Немыслимо! Может, тебе лекаря позвать? Ты, кажется, перенапрягся.
— Лучше найди мне амулеты с защитой от эмпатии, гипноза и подобные. Есть тут такие?
— Ну… да, — растерялся здоровый парень. — В каменном магазине, в скупке. Один из-под полы что хошь продаст. Мы его не трогаем, и даже налоги за это не берём, доброе дело делает, обеспечивает охотникам большую выживаемость. Хоть и неприлично наживается. Впрочем, торговцами я тоже скоро займусь. Проводить?
— Не, не надо, — отмахнулся я. — Займись лучше павшими, со всей торжественностью и что там положено? Пусть люди знают, что даже после смерти их не оставят. И знаешь что? Идея пришла.
Я с минуту молчал, обдумываю. И эта самая идея нравилась мне всё больше. Трупы уже укатили, народ пошёл за ними, и мы остались одни.
— Нужно доработать, но слушай суть! — начал я, опускаясь на пол перед порталами. — Наш род готов нанимать охотников. Они будут отстёгивать нам четверть от всей добычи, с каждого похода.
— Никто на это не пойдёт, — перебил меня брат. — Зачем им это, когда они могут просто заплатить входную пошлину? И всё. Или ты собрался воскресить рэкет? Не одобряю!
— Нет, брат! Эти деньги пойдут не нам, — я был очень серьёзен. — Это будут общие деньги. Если кто-то погибнет, как эти трое несчастных, их семьям выплатят достойную сумму. Если кто-то станет калекой, он будет получать содержание до конца дней. Шиковать не сможет, но и голодать и побираться не будет. Такая идея.
— А нам-то это зачем? — недоумённо спросил он. — Это же содержать целый штат бухгалтеров, экономистов и хрен ещё знает кого. Лишние траты и проблемы.
— Не ты ли мне втирал про важность расположения к нам и нашим идеям охотников? Что ты можешь предложить лучше, чем мой вариант?
— Ну, с этой стороны да, — теперь серьёзно задумался брат. — Лояльность нам нужна и важна. Тогда сразу предупредим, что пять процентов пойдут на обслуживание и бухгалтерию. Ещё может что и заработаем при этом. Слушай, а мне чем дальше, тем больше нравится идея. Проработаю, да!
— Отлично! — поднялся я. — А у меня время утекает, мне ещё амулеты надо. Я побежал. И можешь использовать смерти этих ребят для начала пиара. Выплати их семьям достойные суммы, не менее тысячи. И спровоцируй остальных застраховать себя. За четверть добычи.
Пожал брату руку и рванул к нужному торгашу. Уже знакомый мне горбоносый и худой мужичок оказался на месте. Я склонился к нему и заговорщически спросил, понизив голос:
— Мне тебя порекомендовали. Нужны амулеты против любых ментальных атак. Есть что-то? Нужно крутое.
— Барон? — как-то нахмурился он, глядя на моё кольцо. И что я его не убрал? — Впрочем, вы уже доказали, что радеете за людей, и не станете же обижать бедного несчастного торговца. А помочь вам могу, да, таки могу. Вот только дешёвого ничего нет. Слишком редкий товар, и спрос низкий. Показывать?
— Однозначно, — пожал я плечами. — За этим и пришёл.
Носатый сорвался с места и начал суетиться. Доставал какие-то ящички, ковырялся в них, выуживая то, что считал нужным. Через пять минут передо мной лежали семь колец, два браслета и кулон. Все, кроме одного кольца, светились нежно-голубым светом.
— Вот, господин! — он взял одну из коробочек с явно дорогим колечком, ну, внешне. — Это самое крутое. Сто восемьдесят тысяч стоит. Защищает от любых атак на разум!
Я взял упаковку и всмотрелся в плетения. Примитив. На уровне мага третьего уровня. И это самое крутое? А ведь, судя по лицу, торгаш был уверен в своих словах. Я нетерпеливо бросил лот на стол.
— Дальше! — чуть не рявкнул я, чувствуя, как утекает время. — Хотя стой, я сам. Ты только ценник озвучивай, я почувствовать попытаюсь, универсал же, хоть и слабенький.
Ещё три кольца за две, семнадцать и сорок тысяч оказались полными клонами первого. Только материал и внешняя красота различались. Пустое кольцо стоило ровно сотку. И оно было действительно просто куском металла. Причём медью с позолотой. Я вежливо, но настойчиво порекомендовал продавцу его выкинуть и не обманывать людей. Он напрягся, но уверил, что так и сделает.