— Неплохо, — Госпожа обернулась к Юрию, игнорируя меня. — Маг-уничтожитель. Редкость. Жаль, что ты решил вмешаться не в своё дело.
— Это моё дело, — Юрий не стал ждать. Следующий удар пришёлся ей в грудь, и тьма вспыхнула, поглощая силу, но не гася её полностью. Госпожа отступила на шаг, и в её глазах мелькнуло удивление.
В тот же миг Светлана вышла из тени у дальней стены. Её руки были подняты, и над девушками, лежащими в круге, вспыхнул полупрозрачный купол. Нити, тянущиеся к кристаллу, дрогнули, замедлились, некоторые и вовсе оборвались.
— Не смей! — Госпожа рванула к ней, но Юрий перекрыл путь. Удар, ещё удар — они схлестнулись, и воздух загудел от силы, что они высвобождали.
Я не стал ждать. Рванул к кристаллу, но тьма снова встала стеной. Я бил, рубил, пробивался — и каждый раз она отбрасывала меня назад, будто играючи.
— Жалкие попытки, — голос Госпожи доносился отовсюду, окружал, давил. — Вы думаете, что можете мне противостоять? Я старше ваших богов. Я сильнее вашей магии.
Стена у дальней стены рухнула, и в подвал хлынули люди. Братья-маги земли работали быстро, ломая камень, расширяя проходы. К ним присоединились бойцы Альфреда, вынося на руках тех девушек, кто был ближе к выходу. Кто-то уже пришёл в себя, кричал, плакал, другие были без сознания, но живые — я видел, как вздымаются их груди.
— Нет! — Госпожа рванула к пролому, но Юрий снова встал на пути. Его щит лопнул, пропуская удар, и я увидел, как кровь брызнула из его плеча, но он не отступил. Светлана, ослабив защиту над девушками, бросилась к нему, прикрывая, и вместе они оттеснили Госпожу назад.
— Выводите! — крикнул я, и Альфред кивнул. Его люди работали слаженно, быстро — они несли девушек, передавали их магам земли, которые уже ждали снаружи.
Я видел, как Вероника проскользнула в пролом, пока Госпожа была занята Юрием. Она не убегала — она бежала к девушкам, к тем, кто ещё лежал в круге, и начинала будить их, тормошить, помогать встать.
— Сюда! — кричала она, указывая на выход. — Бегом!
Они шли. Не все, но многие. Те, кто мог двигаться, ползли, их поддерживали бойцы. Круг редел, и кристалл над ним, лишаясь подпитки, начал тускнеть.
— Ты заплатишь! — Госпожа взвилась, и тьма ударила во все стороны сразу. Юрия отбросило к стене, Светлана упала, прикрывая голову руками. Я едва успел поставить щит — он лопнул, как мыльный пузырь, и сила удара швырнула меня на пол.
Но девушки были уже вне круга. Больше половины — спасены.
Я поднялся, опираясь на меч. Рука дрожала, из рассечённого снова плеча текла кровь, но я видел то, что нужно. Кристалл. Его сердцевина — золотая, чистая, не её. Он был уязвим. Я чувствовал это так же ясно, как чувствовал биение собственного сердца.
— Юрий! — крикнул я. — Прикрой!
Учитель понял без слов. Он поднялся, шатаясь, и бросился вперёд, выпуская всё, что у него было. Госпожа отвлеклась, повернулась к нему, и я рванул.
Тьма встала стеной, но я уже знал, куда бить. В магическом зрении я видел слабые места — нити, что тянулись от кристалла к ней, пульсировали в такт её движениям. Я рубанул по ним, и тьма дрогнула, на секунду ослабла.
Этого хватило, чтобы проскочить.
Я оказался в трёх шагах от кристалла. Он нависал надо мной, пульсируя багровым светом, и я замахнулся, чтобы ударить.
— Не смей!
Госпожа метнулась ко мне, забыв про Юрия. Её рука выбросилась вперёд, и чёрный жгут обвил мою ногу, дёрнул, швырнул на пол. Меч вылетел, звякнул о камень где-то в стороне. Я перекатился, уходя от следующего удара, выхватил кинжал.
— Ты думаешь, что можешь разрушить его? — она стояла надо мной, и в её глазах пылала ярость. — Глупец. Это не просто камень. Это — моя сила. Моя жизнь.
Она ударила. Я едва успел подставить кинжал — лезвие лопнуло, и осколки полоснули по лицу. Боль обожгла щёку, но я уже катился в сторону, поднимаясь на ноги.
— Твоя жизнь, — повторил я, вытирая кровь. — Значит, если разрушить кристалл…
— Ты умрёшь раньше, — она усмехнулась. — Я не позволю.
Она атаковала снова. Быстрее, чем прежде, и я понял, что она только играла до этого. Теперь она била всерьёз. Я уходил, уклонялся, блокировал — и каждый удар был тяжелее предыдущего. Кинжала больше не было, меч валялся в стороне, я дрался пустыми руками.
Очередной удар пришёлся в грудь, и я отлетел, врезавшись в колонну. В ушах зазвенело, перед глазами поплыло.
— Андрей! — голос Вероники донёсся откуда-то сбоку. — Держись!
Я не видел её, но слышал. И это заставило подняться.
Госпожа уже готовила последний удар, когда из тени выбежала Вероника.