— Я готов, — Леонид встал в стойку.
— Игорь, ты с нами?
Он кивнул и отошёл от стены.
Мы начали. Леонид атаковал первым, быстрым и резким движением. Я ушёл в сторону, пропуская его удар, и контратаковал, но он успел блокировать. Он стал увереннее, его движения точнее.
— Хорошо, — сказал я. — Прогресс.
— Я стараюсь, — он вытер пот со лба.
Игорь работал молча. Его скорость была выше, чем у любого человека, и я видел, как он контролирует себя, не даёт своей истинной сути вырваться наружу.
— Твой черёд, — я повернулся к нему.
Он атаковал. Быстро, почти незаметно. Я едва успел блокировать, учитывая моё невероятное восприятие.
— Неплохо, — сказал я.
— Неплохо, — повторил он, и в его голосе не было ни гордости, ни смущения — только констатация факта.
После тренировки Леонид подошёл ко мне.
— Может, сходим в город? — с опаской предложил он. — Развеяться.
— Не сегодня, — ответил я. — Нужно разобрать документы.
Он вздохнул, но не настаивал.
— Тогда завтра, — сказал он.
— Посмотрим.
Вечером я сидел в кабинете. За окном темнело, и редкие фонари в переулке уже вспыхнули, разгоняя сумерки. Я перебирал бумаги, которые привёз из столицы, читал письма, изучал схемы. Всё это было старым, пожелтевшим, написанным торопливым нервным почерком деда.
Мобилет в кармане завибрировал. Незнакомый номер: «Поздравляю с победой. Удачи с учёбой. Жду звонка».
Я сжал мобилет в руке, потом убрал его в карман.
Подошёл к окну. Внизу, в переулке, было пусто. Где-то вдалеке лаяла собака, нарушая тишину.
Стопка документов была высокой, и я разбирал её медленно, вчитываясь в каждую строчку. В одном из писем я нашёл упоминание о Вере. Дед писал о ней как о «надёжной, но себе на уме». Коротко, без подробностей.
Мобилет в кармане завибрировал. Я достал его, взглянул на экран. Бродислав.
— Слушаю, брат, — сказал я, откладывая бумаги.
— Андрей, — его голос был спокойным, ровным. — Я проверил твою Веру по своим каналам.
— И что?
— Она действительно работала с нашим дедом. Но после его смерти ушла в тень. Никто не знал, где она, чем занималась. Всплыла только недавно.
— Почему?
— Не знаю, — он помолчал. — Может, почувствовала, что ты стал достаточно сильным. Может, у неё свои причины.
— Она говорила, что хочет мести.
— Месть — опасный мотив, — Бродислав вздохнул. — Будь осторожен, брат. Она может быть полезна, но доверять ей полностью нельзя.
— Я знаю, — ответил я.
— Когда ты в имение?
— Через пару недель, — сказал я. — Нужно нагнать материал.
— Тогда я приеду к тебе в академию, — он усмехнулся. — Соскучился.
— Приезжай, — ответил я и сбросил вызов.
Глава 13
За завтраком с заскочившими в гости парнями, я отодвинул тарелку и посмотрел на Арину. Лиля сидела напротив, и её взгляд, тёмный и внимательный, скользил по моему лицу.
— Сегодня вечером я встречаюсь с Верой.
Арина замерла. Ложка застыла на полпути к чашке, и она подняла на меня глаза, в которых плескалась тревога. Лиля отвернулась к окну, но я заметил, как её пальцы комкали салфетку.
— Зачем? — спросила Арина, и её голос прозвучал глухо.
— Она ждала, — ответил я. — Я должен узнать, что ей известно.
— Я с тобой, — сказал Игорь, и его голос был твёрдым, как сталь.
— Хорошая мысль, — я повернулся к нему. — Мы идём вместе.
Леонид, сидевший через стол от нас, нахмурился и хотел что-то сказать, но я поднял руку, и он замолчал. Арина смотрела на меня, и я видел, как её пальцы до хруста стиснули ложку.
— Если она заведёт тебя в ловушку, — начала она, но я покачал головой.
— Не заведёт, — ответил я. — Она сама в ловушке.
Я не стал говорить им, что Вера рассказала мне о тайнике в императорском дворце. Не сейчас, когда я сам ещё не был уверен, что это правда. Я просто смотрел на них, чувствуя тяжесть их взглядов.
После завтрака я поднялся к себе и закрыл дверь. В комнате было тихо, только за окном ветер раскачивал голые ветви деревьев. Я проверил плетения на теле. В магическом зрении они пульсировали ровно, и я знал, что этого достаточно. Я выпустил когти, убрал, выпустил снова.
Я спустился вниз. Арина ждала в прихожей. Она стояла, прислонившись плечом к стене, и смотрела на меня. Её руки были опущены вдоль тела, но я видел, как она сжала кулаки, а потом разжала.
— Будь осторожен, — сказала она. — Если что-то пойдёт не так, сразу уходи.
— Я всегда осторожен, — ответил я, и она усмехнулась, но в этой усмешке не было веселья.
Она шагнула ко мне и на секунду прижалась плечом. Её тело дрожало, но она не проронила ни слова. Потом отстранилась, и я вышел на крыльцо.