— Доброе утро, — сказал он, проходя в столовую. — Как настрой?
— А сам как думаешь? — хмыкнул я.
— Во, мне нравится! — улыбнулся он. — Вижу, ты готов.
Он сел на свободный стул, и Василий тут же поставил перед ним чашку с чаем. Юрий отхлебнул, поморщился — наверное, чай был слишком горячим, — и посмотрел на меня.
— Идём в кабинет? — спросил он минут через пять борьбы с кипятком.
— Готов.
— Время идёт, — сказал он. — Начнём.
Мы прошли в кабинет, где Юрий разложил на столе свои инструменты. Я снял куртку, закатал рукав левой руки. Юрий взял тонкую иглу, посмотрел на меня.
— Это не больно, — сказал он. — Ты ничего не почувствуешь. Заклинание ляжет на источник, не касаясь кожи.
— Я знаю, — ответил я. — Делай.
Он начал работать. Я смотрел на его руки, на то, как игла движется в воздухе, оставляя за собой едва заметный светящийся след, как этот след вплетается в мои магические каналы, соединяясь с источником. Заклинание ложилось ровно, безболезненно, и я чувствовал только лёгкое тепло, разливающееся откуда-то из груди, будто кто-то невидимый грел меня изнутри.
— Это заклинание, — объяснял Юрий, не отрываясь от работы, — позволит тебе подзаряжать свои плетения прямо во время боя, не отвлекаясь на макры. Оно встроено в источник и будет работать на накапливающем эффекте. Чем дольше ты не используешь магию, тем больше будет резерв. В бою сможешь экономить силы.
— Надолго хватит? — спросил я.
— Зависит от того, как будешь расходовать, — ответил он. — Но в любом случае, это даст тебе преимущество. Твои плетения теперь будут подзаряжаться сами, без твоего участия.
Когда всё закончилось, я почувствовал, как источник магии отозвался на новое заклинание, как плетения на теле начали пульсировать в новом ритме, подзаряжаясь без моего участия. Это было странное ощущение — будто внутри меня поселилось что-то живое, что дышало в такт сердцу, набирало силу, копило энергию.
— Готово, — сказал Юрий, убирая иглу. — Можешь проверять.
Я прислушался к себе. Всё работало. Плетения на теле, которые раньше требовали постоянной подпитки макрами, теперь мерно пульсировали, получая энергию из источника. Я выпустил светлячка на секунду и сразу убрал, и почувствовал, как заклинание подхватило затраченную энергию, начало восстанавливать её.
— Хорошо, — сказал я. — Спасибо.
— Не за что, — Юрий отмахнулся. — Ты мой ученик, я хочу, чтобы ты побеждал.
Он посмотрел на часы, которые стояли на каминной полке.
— Пора, — сказал он. — Финал начинается через час. Удачи.
Мы вышли из кабинета, учитель пошёл к выходу, я его проводил и вернулся к ребятам.
Арина встала, поправила куртку.
— Идём? — спросила она.
— Конечно! — кивнул я.
Парни уже ждали нас у входа. А мы вышли из домика и уже всей компанией направились к стадиону. Солнце уже поднялось, но не грело слабо. Осень вступала в свои права, и холодный ветер, гулявший по дорожкам, заставлял ёжиться и поднимать воротники. По пути к нам присоединялись другие участники, кто-то бежал, кто-то шёл медленно, сосредоточенно.
Кленов стоял у входа на стадион, прислонившись к колонне, и смотрел на нас. Его лицо было бледным, под глазами залегли глубокие тени, но взгляд оставался холодным, цепким, профессиональным. Он не поздоровался, не кивнул, только проводил нас глазами, и я чувствовал этот взгляд на затылке, пока мы не скрылись за поворотом.
— Не обращай внимания, — тихо сказала Арина. — Он просто хочет, чтобы мы думали о нём, а не о деле.
— Я и не обращаю, — ответил я. — Я думаю о победе.
В зоне ожидания было шумно и тесно. Участники разминались, тренеры давали последние наставления, кто-то спорил с судьями, кто-то просто сидел в углу, глядя в одну точку, и ждал своего выхода.
К нам подошёл Дятлов. Он был в строгом костюме, при галстуке, и выглядел так, будто собрался не на спортивное соревнование, а на светский приём. Но в его глазах, обычно таких спокойных и чуть насмешливых, сейчас читалось то же напряжение, что и у всех остальных.
— Доброе утро, барон, — сказал он, кивая мне. — Доброе утро, дамы, господа.
— Доброе утро, княжич, — ответил я.
— Я буду следить за вашим выступлением, — он говорил тихо, так, чтобы не слышали посторонние. — Искренне желаю удачи. Но будьте осторожнее, — он кивнул в сторону входа, где всё ещё стоял Кленов. — Сегодня он особенно зол. Ваша прошлая встреча с Кузнечиковым не прошла для него бесследно.
— Я знаю, — сказал я.
— Тогда удачи, — он кивнул и отошёл.
— Странный он, я его не понимаю, не понимаю, что им движет, — тихо сказала Арина, глядя ему вслед.