России следует добиваться максимального перенесения центра тяжести отношений Россия-ЕС на механизмы Россия — государства-члены ЕС и Россия — Совет ЕС, всячески ограничивая взаимодействие с Комиссией ЕС. Переговоры с ней должны вестись лишь по тем вопросам, по которым она обладает исключительными полномочиями. Преимущественный диалог с государствами-членами и межгосударственными институтами ЕС придаст дополнительный импульс выгодной РФ децентрализации Евросоюза, ограничения полномочий Еврокомиссии и ее превращении в своего рода «секретариат» Евросоюза. Это же будет содействовать эволюции Евросоюза к нормальной конфигурации, при которой основными правами обладают крупные экономически развитые «старые» члены Евросоюза, а влияние незначительных по своим масштабам и экономическому потенциалу и новых членов Евросоюза (последние настроены наиболее антироссийски и имеют минимальный опыт ответственности) будет ограничено до уровня, соответствующего их способности и компетентности.
Следует отказаться от ряда обязательств, принятых Россией на переговорах с Евросоюзом о присоединении России к ВТО (по росту внутренних цен на газ, сельскому хозяйству, фитосанитарному контролю и т. д.) под политическим давлением ради завершения этих переговоров «в срок». Следует жестко пресекать попытки ЕС использовать присоединение России в ВТО для вымогательства уступок по иным аспектам отношений (энергетика, транссибирские перелеты, Договор к Энергетической хартии и т. д.), в том числе уже после заключения соглашения о присоединении. России надо воспользоваться заявлением Евросоюза о намерении отозвать свое согласие на присоединение России к ВТО и отложить переговоры о присоединении до активизации модернизации российской экономики, отложив на это же время выполнение российских обязательств.
Необходимо разрушить сложившийся в Лахти единый антироссийский фронт европейских энергоимпортеров и научиться использовать либерализацию европейских рынков энергоносителей для повышения цен на них.
Сознавая неизбежность краха Евросоюза в сегодняшнем виде, необходимо всемерно наращивать связи с новыми его членами для использования их в качестве каналов для политического и экономического проникновения в наиболее развитые его страны и закрепления в них.
В отношении Восточной Европы следует взять курс на интенсификацию экономического сотрудничества в обмен на уступку российскому бизнесу, а по возможности, и государству значимых активов. Поддерживая националистические силы, следует отрывать Восточную Европу от Евросоюза, убеждать ее, что рынок для ее продукции есть только в России, и тем самым привязывать к себе на выгодной для России основе.
Идеальные предпосылки для утверждения этой политики дают переговоры о новом Соглашении о партнерстве и сотрудничестве (СПС). При их ведении надо всемерно разъяснять представителям Запада, что именно нежелание Евросоюза заключать СПС в разумные сроки (то есть до выборов нового президента России) является основным формальным обоснованием позиции сторонников сохранения Путина на третий срок и тем самым подрывает демократию в России.
Хотя во внешней политике Россия исповедует вполне европейские ценности, между ней и Евросоюзом есть по крайней мере одна принципиальная, ценностная разница.
Россия — и российское общество, и даже российское руководство, при всех его недостатках, — во внешней политике признаёт существование других точек зрения и не считает, что все в мире должны реализовывать исключительно ее интересы.
Россия признает существование инакомыслия во внешней политике, а вот цивилизованный Евросоюз категорически не допускает его, воспринимает инакомыслие исключительно болезненно — практически как угрозу — и стремится подавить и уничтожить его. Конечно, это не касается сильных стран — таких, как Китай; однако тех, кого Евросоюз считает слабыми, как Россию, это касается в полной мере. Любая точка зрения на международные отношения, отличная от европейской, объявляется в лучшем случае «мифом», а как правило — «пережитком советского империализма».
Что далеко ходить — возьмите меня: в России я являюсь довольно последовательным оппозиционером, а СМИ некоторых членов Евросоюза просто потому, что я пытаюсь сформулировать российские национальные интересы, объявляют меня буквально «идеологом Кремля»!