Я практически отошёл от дел Русской Дальневосточной Кампании, ограничившись поставкой бансов и пароходов. Однако, даже она приносила неплохие дивиденды, честно выплачивающиеся всем акционерам. Беловодские поселения в Калифорнии начали приносить первую прибыль. Пока, добычей золота на пятьдесят тысяч рублей в год, ещё на пятьдесят тысяч мы продавали русским и испанским поселенцам товаров, получая оплатой меха и продукты. Чистой прибыли Америка не давала, более того, высасывала полмиллиона рублей ежегодно в виде товаров, оружия и оплаты гарнизонов, но почти сотни тысяч рублей, поступавших оттуда в виде золотого песка, мехов и зерна, хватало для поддержания моего реноме, как богатого и умелого руководителя.
Чистый доход баронства от непосредственной торговли со странами Юго-Восточной Азии и поступлений из колоний зашкаливал за двадцать миллионов рублей в год. Учитывая, что мы освоили не больше двадцати процентов европейского рынка в Азии, почти не торгуем с Бирмой, западной Индией, Персией и Турцией, страшно представить, сколько выкачивают из азиатов денег Британия, Испания, Голландия и Франция. Понятно, почему даже в начале двадцатого века любая из них оставалась в десятки раз богаче России, триста лет грабежа четырёх континентов дали западной Европе огромный запас прочности. Куда там Российскому стабилизационному фонду, который копится считанные годы. Если нам удастся немного обуздать аппетиты Европы и заработать на этом, очень интересная картина мировой политики выйдет. Однако, для этого придётся здорово потрудиться, выращивая достойную смену и создавая экономический потенциал выживания княжества.
Мы много думали с Палычем, какую политику проводить в отношении европейских стран, и выбрали, наиболее экономичный вариант. Учитывая революционные изменения в Европе и Северной Америке, которые уже произошли и ещё произойдут, будут отвлекать внимание европейцев ближайшие два-три десятилетия, ограничимся своей легализацией и разведкой в европейских странах. Основной упор по торговле и развитию промышленности будем делать на Юго-Восточную Азию, Индию и западное побережье обеих Америк. Те полтора-два десятилетия, отпущенные нам историей относительной закрытости от Европы нужно использовать для максимального развития экономики острова и торговли в Индийском и Тихом океанах. До начала девятнадцатого века европейцы с нами воевать серьёзно не будут, им не до того. С любой азиатской страной мы справимся, включая британскую Ост-Индскую кампанию, у них не хватит сил обеспечить надёжную блокаду острова. На открытый военный конфликт с нами британская Ост-Индская кампания сейчас не пойдёт в силу экономической невыгодности.
По нашим планам, мирные годы уйдут на развитие Беловодья, на создание устойчивой экономики, науки и стабильного общества. Будем строить заводы и дороги, учить всех жителей острова, в первую очередь, молодёжь, воспитывать инженеров и разведчиков, осваивать рынки сбыта русских товаров. Попытаемся создать политические союзы с соседними государствами, завязанные на взаимовыгодной торговле и военном сотрудничестве. Индия ещё не разграблена, ткани индусов считаются лучшими в мире, даже самое мелкое по размеру княжество вполне платёжеспособно. Не тканями и сахарным тростником, так слоновыми бивнями и драгоценными камнями, всегда сможет рассчитаться за поставленную продукцию. Зелёные фантики под названием «доллар» пока не стали единым мерилом богатства страны. Будем торговать, и копить средства, создавать ювелирные украшения и просто гранить драгоценные камни, складывая их в запасник. Готовить запасы в двести-триста миллионов рублей, кто знает, может, удастся купить ту же Луизиану или Флориду, или, испанскую Калифорнию. Никто из нас четверых не мог вспомнить ни одной даты продажи и покупки новых территорий Североамериканских штатов. Но, то, что Флорида и Луизиана были куплены у Франции, мы помнили, точно, Никита бывал в Нью-Орлеане, ещё до потопа, и слышал историю покупки от гида. Что-то подобное произойдёт с другими мексиканскими штатами, попытаемся участвовать в игре.
Планы вполне реальные, лишь бы продержаться лет двадцать-тридцать. Лишь бы нам не подставило ножку родное русское правительство. Посему будем год от года слать в Петербург богатые подарки и молиться за здравый ум Екатерины Второй.
[i] Изумрудный остров — поэтическое название Ирландии.
[ii] в реальности правитель Нгуен Хэ, объединивший оба княжества Аннама, тоже разгромил 200-тысячную армию китайцев. Вскоре, правда, был отравлен.
[iii] цитата из книги «Двенадцать стульев», Ильфа и Петрова.
4. Россия и Европа- игра без поддавков
Глава 1
Пролог
— Ну, что скажете, господа генералы? — Григорий Александрович Потёмкин с ехидцей взглянул на старых конкурентов-соперников, Румянцева и Суворова. Оба генерала, несмотря на почтенный возраст, сидели, нахохлившись, как два подравшихся воробья, ревниво поглядывая друг на друга.
Только что все трое заслушали секретный доклад группы офицеров, проходивших двухгодичную стажировку в Беловодье. С общим докладом выступал командир группы, майор-артиллерист Завадский. Остальные офицеры группы наблюдателей дополняли его и отвечали на вопросы генералов. Тем было любопытно выслушать невиданные характеристики по дальности и точности стрельбы стрелкового оружия, артиллерии и миномётов частной армии Русской Дальневосточной кампании, созданной по образцу европейских Ост-Индских кампаний. Многому, из того, что рассказали офицеры, никто из присутствующих генералов не поверил бы ни за что, если бы не знал лично тех, с кем беседовал. Ну, как можно поверить, что неполная рота наголову разбивает армию в две-три тысячи солдат, пусть и туземных, да ещё без потерь? Как может отряд в две-три роты захватить государство, размером с Пруссию или Саксонию, и опять без потерь? Да и методы сражений вызывают неприятие своей неправильностью, бить врага на марше, нападать на военные лагеря внезапно, высаживать ночные десанты. Конечно, победа над превосходящими силами противника, да ещё без потерь, много значит, но, как-то неправильно воюют на Дальнем Востоке. Хотя, оружие отличное, это точно.
— Нет чести в такой войне, — поспешил высказаться Румянцев, подчёркивая своё старшинство. — Офицеры-простолюдины, что в торговой кампании той наёмничают, люди без чести и совести, могут себе позволить подобное, но, нам, дворянам, сие будет уроном для чести русской. Сражаться без договорённости о выбранном месте, бить врага исподтишка, в спину, подобным образом русская армия вести себя не будет! В Азии, с туземцами дикими, возможно воевать диким же обычаем, но, не в Европе!
— Значит, для кавказских армий, подобная тактика может быть использована, там уж азиаты и дикари истинные, — удовлетворённо хмыкнул светлейший князь. Прошёлся по кабинету, взглянул на гравюру с изображением сражения с турками. — Да, пожалуй, и турок европейцами не назвать, а?
— Это точно, Ваше сиятельство, — довольно улыбнулся Румянцев. — Басурмане истинные, нехристи обрезанные, прости, господи!
— Ты что скажешь, Александр Васильевич, — перевёл взгляд Потёмкин на демонстративно скучавшего Суворова. — Есть польза в опыте азиатском, что офицеры мои из Беловодья привезли?
— Тот опыт для меня не новинка, казаки-пластуны многое из тактики беловодцев используют давно. Вопрос в другом, для чего мы воюем? Коли в благородстве меряться с пруссаками и цесарцами, какими, можно и ружья у солдат отобрать. Пусть с голыми руками против сабель воюют, благороднее некуда. Тут уж нас австрияки и французы похвалят, да и орденок какой нацепят. — Не упустил случая поехидничать над давним соперником Суворов, намекая на австрийские награды Румянцева. — Ежели по делу, то действующую армию давно надобно на эти «Луши» переводить. Благо, граф Никита Желкевский в армию брака не гонит, цены не задирает. И патронов закупать не два десятка на ружьё, а две сотни, если не всю тысячу на ствол. Да миномёты надобны по три батареи на полк, с двумя сотнями мин на каждое орудие. Те два полка, что мы на «Луши» перевели и миномётами усилили, проявили себя лучше некуда. А офицеров, какие в Беловодье были, я хоть завтра в своём подчинении желал бы увидеть.