Радовало, что на Урале изначально дворян было мало, не как в обеих столицах. Ещё уральские дворяне были скорее промышленниками, нежели помещиками. Прокормиться поместьями на малоплодородной и малолюдной уральской земле практически невозможно. Поэтому немногочисленные уральские дворяне были исключительно служивыми — офицеры, чиновники, промышленники. Такие богачи и самодуры, как наследники рода Демидовых и Строгановых оставались редкостью. Да и жили они фактически постоянно в Петербурге и Европе, оставляя всё на откуп управляющим. Вот те свирепствовали вовсю. Потому Никита и разговаривал постоянно с Маккеем, привычно задавая одни и те же вопросы в разной подаче, пытаясь проверить правдивость показаний пленника.
Хоть и видел сыщик ложь в словах своих собеседников, но не забывал, что обманывают люди по разным причинам, зачастую не пытаясь скрыть преступление или сам обман, а пытаясь обелить свои непорядочные действия или допущенную глупость, да просто влюблённость скрыть от незнакомого человека. Результатом всех разговоров с пленником стало взятие его на короткий поводок, а именно — конфискация всех его накоплений и денег графов Демидовых. Причём только предстоящая конфискация, в процессе которой вполне могли возникнуть эксцессы. Но Маккей, трусливая натура, сам боялся проявить хоть какое-то сопротивление своим конвоирам.
Не обошлось путешествие без нападений, куда деваться в наших краях? Даже если в двадцать первом веке на этой трассе фуры пропадали вместе с водителями? То в девятнадцатом веке сам бог велел проезжающих грабить. Так и получилось после крупного села Большая Соснова. Буквально за околицей едва не десяток оборванцев с топорами и вилами попытались остановить коляску. На облучке в это время сидел Никита, решивший освоить управление гужевым транспортом в совершенстве. Он и отреагировал на популярную фразу: «Стоять!» Правда, не так, как разбойники предполагали. Остановив коляску, оперативник принялся стрелять из револьвера. Сначала из одного, потом из второго. После пяти упавших бандитов, разбойники скрылись в лесу. Преследовать их и обыскивать убитых оборванцев смысла не было. Капитан невозмутимо взял вожжи и продолжил путь в сторону Перми, даже не пытаясь объехать пару трупов. Юра, по свойственной преподавателю задумчивости, просто не успел вытащить своё оружие. Маккей как обычно прижался и молчал, зато в дальнейшем пути демонстрировал своим поведением изрядное уважение к оперативнику, больше похожее на боязнь и преклонение. К счастью, оставшаяся дорога прошла спокойно, без конфликтов и ЧП.
Прибытие в пермское имение Демидовых прошло вполне штатно, даже ворота на территорию особняка оказались открытыми. Управляющий, однако, изменившись в лице, счёл нужным сообщить, что в имение приехал кто-то из графьёв. В принципе, оперативник планировал свои действия на подобный случай и, не подавая виду, велел знакомить «гостей» с хозяином. Изначальная легенда прикрытия не менялась — два мещанина-промышленника из Владивостока возвращались домой, побывав по делам Русской Дальневосточной кампании в Петербурге. Авторитет этой богатейшей кампании России, по мнению друзей, мог удержать местные власти от самоуправства. Тем более, что все их документы, по какому-то странному совпадению, были выписаны управляющим графов Демидовых. Не только две подорожных, от Владивостока до Петербурга и обратно, но и своеобразные охранные грамоты. То есть документы, подтверждающие причастность двух путешественников к РДК и тесные связи с промышленниками Демидовыми.
Более того, пронырливый Русанов умудрился получить в селе Большая Соснова справку, подтверждающую гибель всего имущества и документов обоих путешественников при переправе через реку Сиву, приток Камы. Не только подписал всё это тамошним полицмейстером, но и засвидетельствовал два документа (на каждого путника) местным церковным старостой и, естественно, батюшкой. Пришлось немного поделиться деньгами на благо церкви и борьбы с преступностью, но дело того стоило.
Поэтому, собственно, можно было расстаться с гостеприимным Маккеем на окраине Перми, если бы не тот факт, что управляющий знал, на какие имена выписаны все документы. Убивать этого жулика сыщик не хотел, лишняя кровь сильно портит не только карму, но и всю будущую жизнь. К тому же, два друга решили максимально изъять деньги из тайников управляющего в поместье, не забывая графские запасы. После чего хотели покинуть Пермь, предупредив Маккея о молчании, при котором через полгода его деньги будут возвращены, иначе любая попытка ареста или розыска полицией лишит управляющего накоплений за долгие годы службы. Более того, графы Демидовы получат письмо о прохиндействах Маккея за годы службы с перечислением всех доказательств и свидетелей.
Управляющему, после озвучивания подобной перспективы, оставалось лишь рвать на себе последние волосы, проклиная свою трусливую натуру, из-за которой выложил все козыри против себя. Как говорится, ничего нового под луной, простой шантаж за ваши деньги. К этому прилагался длинный список родственников Маккея и его имущество, которое будет непременно сожжено, а родня убита. Ибо попытка ареста сразу прекратит все «дружественные» отношения путешественников с пленником. Вот логичные основания для спокойного посещения особняка графов Демидовых. Само здание в псевдоклассическом стиле не произвело особого впечатления на друзей, неоднократно бывавших в Европе и объездивших всю центральную Россию. Как говорится, видали настоящие дворцы, на уровень которых особняк графов откровенно не тянул.
Во-первых, требовалось немедленно изъять все ценности управляющего, иначе тот просто позовёт охрану, поэтому самыми сложными были первые шаги в помещении. К счастью, в период отсутствия их сиятельств персонал в трёхэтажном здании площадью около двух тысяч квадратных метров содержался по минимуму. Два истопника, они же дворники по летнему времени, столько же конюхов и пять служанок-горничных. Ещё два повара и три охранника на первом этаже. Все слуги были удивлены отсутствием постоянного сопровождения и двум незнакомцам, под руку с Маккеем поднявшимся на второй этаж. Однако запуганная прислуга не пыталась задавать вопросы в первые полчаса, видя напуганного управляющего и контрастно улыбавшихся гостей. Именно столько потребовалось Никите и Юрию, чтобы провести Маккея в его комнаты, где были изъяты неплохие суммы из заначки в размере двадцати пяти тысяч рублей.
После чего все трое поднялись на третий господский этаж, где даже уборку делали исключительно под контролем управляющего, открывавшего двери комнат своими ключами. Печей на третьем этаже вообще не было, чтобы истопники не таскали грязь, в холодное время года тепло поступало от печей второго этажа. Однако, учитывая, что здание было кирпичным, протапливать приходилось круглый год, не говоря уже о кухонных печах первого этажа. Так что в особняке было довольно комфортно, дров не жалели. Ещё бы, с графских делянок привезённые крепостными крестьянами дрова становились практически бесплатными. Углём графы топить здание запретили, не по вкусу дурной запах.
Как пояснили слуги, в особняк приехали не сами графы, а молодой наследник, Акинфий Демидов, названный в честь великого предка. На время каникул в Петербургском университете наследник решил навестить друзей детства в Перми. И в настоящее время наносит визиты своим приятелям и дальним родственникам. Как в самой Перми, так и в окрестных имениях, потому вполне может задержаться в гостях до утра.
На третьем этаже Маккей почти добровольно открыл господский кабинет и спальню, откуда из тайников лично вытащил триста с лишним тысяч рублей ассигнациями и полсотни тысяч серебром. Тут жадничать сыщик не стал, вернул сто тысяч ассигнациями на место, десять тысяч серебром отдал самому управляющему, остальное передал Юрию. Себе капитан оставил сотню рублей серебром и десять тысяч в бумагах, а Маккея дарением части барских денег привязал к краже. И без того вороватый управляющий стал соучастником откровенной кражи графских денег. Подобные психологические выверты гарантировали молчание подельника. Тем более что Юрий сразу вышел в город со всеми деньгами. Где он будет ночевать, Маккей не знал. Это гарантировало сохранность украденных средств даже при захвате Никиты полицией. В том, что с прислугой в особняке капитан легко справится, оба рукопашника не сомневались. Была возможность убедиться, что малорослые и худощавые слуги не соперники.