Но, как говорили раньше, игра стоит свеч. Указ о передаче всей территории Австралии во владения барона Быстрова, оказался составлен довольно хитро. Нигде не упоминалось, что такое Австралия — остров или материк. Просто обнаруженные в океане новые земли, именуемые Австралия, передаются барону Быстрову для освоения и защиты от пиратов. Под пиратами, естественно, подразумевались европейские Ост-Индские компании. Получалась двойственная ситуация владений РДК и Беловодья. Земли РДК рано или поздно присоединят к территории России официально, в качестве колоний или с другим статусом. Как поступила Британия со своей Ост-Индской кампанией, захватившей Индию, усмирившей десятки государств в Азии. После чего в середине девятнадцатого века, эти якобы не британские владения росчерком пера превратились во владения короны.
Наверняка и русские цари поступят аналогично, но территории баронства в таком случае останутся во власти Быстровых и их потомков. Потому и стремился развивать передовую промышленность барон Василий именно на острове Белом и в Австралии. Как выяснил сыщик, во всех девяти городах австралийских владений Быстровых давно работало телевидение. Более десяти лет шли опытные запуски ракет, колёсная техника давно была только дизельная. Благо дизельное топливо добывали из пальмового масла, а не только качали из нефтяных скважин Индонезии. Да и вся передовая электроника располагалась в Австралии. Именно там шло создание стержневых радиоламп и полупроводников.
Пусть это территории России формально, но ни один иностранный корабль не допускался в порты Австралии. А жители пятого материка получали право на выезд за пределы нового места жительства не раньше, нежели после десяти лет проживания. Да и мало кто стремился вернуться из сытого дома в прошлую бедность, от которой удалось бежать. Редкие русские чиновники и любопытные дворяне видели лишь то, что им хотели показать. В технике, массово производившейся в австралийских городах, никто из этих любопытных шпионов, конечно, не разбирался. А иностранцам, даже в составе русских делегаций, высадка на землях баронства Беловодье была запрещена. Так и приходилось наглым шпионам сидеть месяцами на корабле в порту, ожидая окончания ревизии.
Юрий практически не выбирался из радиотехнической лаборатории, предоставленной ему при поместье. Стеклодувная мастерская выполняла все заказы группы энтузиастов, с которыми сошёлся преподаватель. Домой кандидат наук приходил лишь ночевать. В редкие выходные дни друзья не только обсуждали достигнутые результаты. И даже не войну с Наполеоном, в победе над которым даже не сомневались. Основной темой для общения оставалось крепостное право и наиболее бескровный вариант его отмены. За месяц перебрали множество различных вариантов отмены крепостного права: от освобождения крестьян без земли, как в Европе, до бесплатной передачи обрабатываемых участков без всякой компенсации дворянам. В итоге создали рабочие наброски указа «О вольности крестьянской».
И вот сегодня все трое собирались на официальный приём к барону Беловодья. Это для Демидова, наследника династии, привычного общаться с графами, князьями и прочими великосветскими завсегдатаями, приём не являлся чем-то особенным. Романов шёл на приём с гордостью за достигнутые в столь краткий срок результаты. С его участием, если не сказать — под его руководством, за неполный месяц команде энтузиастов удалось многое. Тут и новый телевизор с электронно-лучевой трубкой в полметра по диагонали. Пока только в трёх экземплярах, зато вполне доступный для массового изготовления.
Сам же Юрий Николаевич больше радовался первому калькулятору, обычному калькулятору с четырьмя действиями арифметики с десятиразрядным табло. Несмотря на его некоторую громоздкость — размеры изделия позволяли носить калькулятор в виде чемоданчика-дипломата или саквояжа, местные мастера радиоэлектроники восхищались достигнутыми результатами. Назвали изделие, конечно, не калькулятором, все новинки Беловодья принципиально носили русские названия. Вот и здесь хотели назвать счётами, но вспомнили про абак (костяшки на проволоке) и решили придумать иное название. Тут с фантазией оказалось совсем плохо, после чего оставили название на выбор барона Василия. Ему оба изделия — телик (по-местному) и счётное устройство (пока без названия) были предъявлены ещё накануне.
Оперативнику же ничем похвастаться за поведённое время не пришлось, преступность на острове практически отсутствовала. Посему к раскрытию преступлений капитана не привлекали. Да и при наличии опытных местных сыщиков, знающих людей и условия, его участие выглядело бы игрой или насмешкой. Получалось, что на фоне усердно работающего Романова, сыщик Русанов выглядел полным тунеядцем. Хотя это ни в коей мере не смущало капитана. При его работе и опыте смутить Никиту было крайне сложно. На приём к барону офицер собирался, как на прощальную встречу, намереваясь проситься в Россию, готовить отмену крепостного права. Почему-то он не сомневался, что отцы-основатели дали чёткие указания детям и ученикам не только по войне с Наполеоном, но и по крепостному праву.
Приём у барона Василия прошёл в рабочем порядке. Демидов не смущался по привычке, Романов и Русанов выросли в несословном обществе и в принципе не испытывали никакого пиетета перед титулами. Поэтому, когда после обоюдных приветствий барон пригласил гостей к рабочему столу в его кабинете, разговор пошёл исключительно спокойный. Демидов выступил первым, попросив разрешения задержаться в Невмянске до середины августа, чтобы при наличии возможности вернуться в Петербург самолётом. Даже пять пересадок не пугали парня, восхищавшегося воздушными судами. Причину своей просьбы объяснил тренировками и свободой от суеты светской жизни.
— Конечно, Акинфий Никитич, будьте моим гостем, самолёт для возвращения мы приготовим, — улыбнулся Быстров и взглянул на преподавателя, словно приглашая его к разговору.
— Если Вас заинтересовали результаты нашей работы, я бы хотел её продолжить. Специалисты у Вас отличные, элементная база почти готова, а при решении вопросов поставки нужных деталей, мы вполне можем через полгода первый компьютер собрать. Хотя слово это вам незнакомо, могу пояснить — это электронно-вычислительная машина, на порядок сложнее калькулятора. Способная не только справиться с четырьмя действиями арифметики. Уверен, наше будущее изделие сможет выполнять расчёты более сложных порядков. В том числе решать уравнения, собирать огромную статистику и базы данных. — Загоревшись рассказом о любимом деле, Юрий забыл, где находится, и принялся читать лекцию о возможностях вычислительной техники:
— Представьте себе, базы данных о всех жителях Беловодья, к примеру, хранятся вот в таком портфеле, не больше. Наша машина сможет за считанные минуты выбрать среди нескольких миллионов человек всех рыжих, скажем так, или моряков, или всех детей моложе семи лет. По любом признаку, какой захотите поместить в базу. Более того, при создании секретных баз никто их при всём желании не украдёт. Это не бумаги, которые можно прочитать. Наши базы данных о разведчиках, купцах, военных базах и прочих секретах можно будет прочитать только на наших машинах. Которые, надеюсь, Вы никому продавать не будете, хотя бы первые лет десять-пятнадцать. Если враги украдут нашу машину и подкупят оператора, умеющего на ней работать, базу они всё равно открыть не смогут. На все данные можно легко поставить пароли, которые знают только доверенные люди. И это лишь маленькая доля возможностей вычислительной техники.
— Вы меня заинтриговали, Юрий Николаевич. Хотя отец и крёстный мне что-то подобное рассказывали. — Покачал головой барон, впечатлённый не столько рассказом преподавателя, сколько его неприкрытым энтузиазмом. — Все необходимые возможности для успешной работы Вам будут предоставлены. Если желаете, можно переехать в другое жильё.
— Спасибо, меня вполне устраивает гостиница. Не надо думать о бытовых мелочах. И ещё один вопрос остался, как Вы назвали наш калькулятор? — Юрий с улыбкой посмотрел в лицо Быстрову.