По мнению Евы Кософски Седжвик считает, что нормативная гетеросексуальность нуждается в гомосексуальности т. к. благодаря последней сохраняется тот самый нормоопределяющий статус гетеросексуальности. В этом смысле скрытый гомосексуализм (closet), собственно, и определяет гетеросексуальность как ту самую общественную норму. Квир-теория, по ее мнению, расширяет и критически заостряет феминизм; вместе они представляют собой серьезный вызов для религии именно потому, что обращают внимание на те самые исключения, которые определяют религиозные идеи и от которых эти идеи зависят. Эти дебаты создают интеллектуальную рамку для восприятия гомосексуальности как пространства различия и проливают свет на религию и религиозные идеи, что может быть полезным, хотя иногда и выбивающим из колеи, как религию так и часть общества[45].
В сегодняшней системе гомо/лесбисексуальной теологии и тех геев и лесбиянок, которые хотят остаться в религиозной среде и привержены религиозным традициям важно доказать, что опыт лесбиянок и геев является законным с христианской точки зрения. В связи с чем это должно привести к переосмыслению представлений о человеческой природе (онтологии) с целью включения в него гомосексуального желания, чтобы таким образом гомосексуальность оказалась под защитой благой Божественной воли. В связи с чем такой подход должен показать некую «естественную» идентичность гомосексуализма в религиозной среде. Такие теологи-лесбиянки, как Картер Хейвард, Мэри Хант и Вирджиния Рэйми Молленкотт, а также такие геи-теологи, как Гэри Комсток, Дж. Майкл Кларк и Джон Макнил, работают в этом направлении уже больше десятилетия. Перед такими теологами стоит задача создания христианского теологического богословского пространства для гомосексуальности, как не маловажная часть их работы. Хотя в целом, диапазон богословских исследований, посвященных гомосексуализму и квир-теории, пока что остается довольно узок. Как указывает Л. Дж. Тессье, более подходящей сферой деятельности таких богословов является преимущественно апологетика. Большинство авторов выступают за реформирование взгляда на идентичности геев и лесбиянок и за понимание этих идентичностей как естественных и богоданных. Так, гей-теология Джона МакНила, изложенная в его трилогии, которая завершается книгой Freedom, Glorious Freedom (1995), является развернутым аргументом в пользу включения геев и лесбиянок в христианское духовное сообщество на том основании, что церковная (в особенности католическая) доктрина ошибочна в своем отношении к гомосексуалам. МакНил предлагает терапевтический подход, рассматривая включение лесбиянок и геев в христианское общение как некую «реабилитацию» христианства, его превращение в более жизнеутверждающую, в конечном счете, более христианскую религию. С его точки зрения, геи и лесбиянки — христиане не нарушают логику христианства, а являются его неотъемлемой частью. По мнению МакНила, гомосексуальность является активной, а не культурно обусловленная идентичность (productive but not a culturally produced identity)[46]. Он утверждает, что