- Прошедший год выдался сложным, дети получили не самые приятные жизненные уроки. Некоторые, увы, восприняли их с излишним энтузиазмом. Министерство не станет вводить уголовную ответственность за применение тех же Круциатусов во время учебного процесса, однако во избежание конфликтов наиболее ярких представителей противоборствующих сторон из Хогвартса лучше удалить.
Проще всего с Гриффиндором, с него и начнём. К счастью, Лонгботтом и другие, хм, вожди выпускаются, поэтому про них можно забыть. Исключению подлежат только присутствующие здесь мистеры Поттер, Уизли и мисс Грейнджер.
- Что?!
Их реакция согрела моё черное сердечко.
- Но, господин директор, - пока Поттер хватал ртом воздух, а Грейнджер сидела, застыв изваянием, многоопытная декан Гриффиндора пришла в себя и ринулась в бой, - за что? Чем они заслужили исключение?
- Как чем? Систематическими прогулами, разумеется, - с каменной мордой пожал я плечами, словно озвучил очевидный факт. – За весь год они ни разу не посетили занятия.
- Мы боролись с Волдемортом! – воскликнул Поттер.
- Да, я помню. Но это действие, - я сделал паузу, подыскивая лучшую формулировку, - публичное убийство семидесятилетнего инвалида, утратившего здоровье в результате научных экспериментов, заняло у вас всего несколько часов. Ладно, пусть будет сутки. А остальное время вы чем были заняты?
Откинувшись в кресле и тщательно скрывая садистское удовольствие, получаемое от воцарившегося в комнате ошарашенного молчания, я медленно оглядывал уважаемых коллег. Те почему-то вжимали головы в плечи и вообще старались стать незаметнее. Ну-ну.
С должности меня, конечно, попрут. Ничего страшного – в Россию перееду.
Но пока я директор, вы у меня все попляшете.
Снейп, братишка! Я отомщу за тебя!
Имя: Фрэнк Лонгботтом
Период: шестой курс Хогвартса
Не повезло парню.
Или, наоборот, повезло – тот факт, что я занял его место, означает, что он не пролежит неведомо сколько годков в больнице Святого Мунго, напоминая то ли овощ, то ли ребенка слабоумного. Я не настолько любил творчество Роулинг, чтобы ориентироваться в подобных нюансах. Фильмы смотрел, пару книжек читал, но фанатом не был. В любом случае, едва я занял тело, прежний жилец оное точно покинул, уйдя без боли и страданий. Не самая худшая участь, особенно по сравнению с канонной.
Как именно Фрэнк умер? По глупости. Хотел впечатлить красивую девушку Алису Маккензи, полез за цветочками в Запретный лес. Напоролся, последовательно, на поляну с галлюциногенами, на стадо единорогов, троицу браконьеров и то ли призрака, то ли голодного духа, парень не смог понять. Легче всего получилось с единорогами – полуразумный жеребец, не ощутив агрессии от обдолбанного подростка, ограничился пинком копытом в паховую область. Больно, конечно, зато без последствий. Вот браконьеры гоняли Фрэнка долго. Неизвестно, что бы с ним сделали, могли и не ограничиться стиранием памяти, однако в процессе беготни компания напоролось на нечто темное, туманное и сходу попытавшееся высосать жизнь из всех четверых.
Короче говоря, в Хогвартс парень вернулся усталый, а в магическом смысле – совершенно «пустой». Ну и встретил на границе школьной территории свою обеспокоенную любовь, от волнения обозвавшую его по-всячески. Фрэнк в ответ тоже психанул, вызверился на девушку, а под конец умудрился устроить детский выброс. Эмоции одолели. В результате он оказался в Больничном крыле, потому что выброс в его возрасте, тем более после истощения, в принципе может человека сквибом сделать или вовсе убить.
Ну и убил. А я, не знаю уж, за какие заслуги, занял освободившееся место.
Месяц на койке прошел с толком. Во-первых, удалось полностью освоить память реципиента. С практической стороной, например, с теми же чарами, несколько сложнее, но мышечная память даёт себя знать, так что навыки восстанавливаются бешеными темпами. Во-вторых, примчавшиеся в школу родители ничего не заметили и чужака во мне не опознали. Как и «друзья». Пишу в скобках, потому что настоящих друзей у Фрэнка не нашел – приходившие его навестить сокурсники, по моему мнению, тянули в лучшем случае на хороших знакомых. Интересно, почему так сложилось? Вроде бы, сам по себе парень был неплохой, пусть и излишне прямолинейный. Мне от этого только лучше, просто странно как-то.
Леди Августа, мама Фрэнка, узнав подробности происшествия, так поговорила с Макгонагалл, Дамблдором и Алисой, что с меня пылинки сдували. Девушка теперь ходит, смотрит больными глазами, но увы – мои к ней чувства исключительно дружеские. И, опять же, планы на будущее появились.