- Надеюсь, Вы поведаете нам о своём увлекательном путешествии по подземным ходам Юргана, - с едва заметной усмешкой подбодрил блондинку мужчина.
«Ясно, зачем я здесь понадобилась», - закручинилась Лиза: «Никто, кроме меня и подсудимого в шахтах не бывал, расследование и обыск обязательны, а терять лучших специалистов из-за внезапного обвала не хочется. Поэтому и интересуются, крепки ли стены, далеко ли воды, надёжны ли потолки». Дворянка набрала в грудь побольше воздуха и приготовилась к длинному монологу – ей не привыкать выступать на публике. Спустя двадцать минут непрерывной речи Лизавета в последний миг сдержалась, чтобы не высунуть отсохший язык подобно собаке. В зале впервые за долгое время наступила полная тишина, даже юристы решили сначала обдумать и разобраться в огромном потоке данных, а не хватать сразу перьевые ручки и новые тетради.
- Спасибо, - наконец произнёс судья, - эта информация очень важна для нас. Можете садиться.
«Куда?!» - возмущённо подумала выступавшая, обводя глазами помещение: «Все горизонтальные поверхности заняты». Неожиданно девушка увидела мельтешение и пригляделась – Саня, каким-то чудом отвоевавшая стул, активно махала рукой сестре, периодически хлопая по ногам. Блондинка колебалась недолго; она быстро прошла к Саше и уселась той на колени. Младшая девочка мгновенно обхватила руками тонкую талию Елизаветы.
- Итак, мы заслушали мнения каждой из сторон…
- Прокурор выступал в самом начале, - объяснил шёпотом Николай дочерям.
- И, если не случиться непредвиденных обстоятельств, готовы вынести приговор: четыре месяца исправительных работ…
- Нет! – выкрикнул парень, качнув гиббету. Взоры каждого устремились вверх. – Подождите! Я располагаю ценной информацией, - судя по паузам, ему трудно подбирать слова высокого стиля. – Я кое-что знаю, я ведь бывал в туннелях не раз, осматривался, выискивал разные ходы.
- Говорите по делу, будьте добры, - строго сказал судья.
- Да, конечно...
***
- Ты представляешь, под нашим особняком настоящая магистраль проложена, а мы и понятия не имели! – восклицала Саша, обрадованная долгожданной встречей с подругой. Евгения Опрасник сидела на поваленном ураганом дереве и внимательно слушала девочку, изредка поощряя её драматическими вздохами и всплёскиванием рук. – А ведь совсем рядом подземные воды, как только кому-то ума хватило расчищать туннели! Ведь затопит, и никакие ворота не спасут.
- Правда, - на этот раз смуглянка по-настоящему удивилась, а после крепко задумалась, - буду знать…
- Да, но я поражаюсь такой наглости, - продолжала Санька. – Люди трудились, восстанавливали повреждённую биосферу, а кто-то нашёл вход в подземелье и решил: «Здесь мы будем собираться для антиправительственных заговоров, идеальное место». Смешные они, бунтовщики, жалуются на то, что королевский двор не заботится о нашей земле, хотя сами же её разоряют и эксплуатируют.
- Какое интересное мнение, - протянула Женька и оглянулась, услышав посторонний шум. Белочка. Всего лишь рыжий пушистый зверёк, ловко опустошающий очередную кедровую шишку. Вдруг грызун насторожился, дёрнул кисточками на ушах, слился с серой корой дерева, поползнем добрался до ближайшего пустующего дупла и юркнул внутрь, позабыв о недоеденных орешках. Через секунду объявилась причина такой небережливости – маленький, но быстрый сокол щёлкнул клювом, почти успев схватить мелькнувший хвост. Птица взмахнула крыльями от досады, оттолкнулась когтистыми лапами от ветки, что недовольно зашуршала листьями, и улетел на поиски менее осмотрительной добычи. Ах, как же Евгения любит лес. Особенно темнохвойную тайгу. Особенно Королевскую, что с трёх сторон окружена горячими реками: Неизвестной и её притоками, из-за чего жизнь здесь бурлит почти круглый год, прерываясь лишь во время февральских морозов. Например, сейчас, середина января, а созревают жёлуди, то и дело резвятся лесные звери. Жаль, что такое хорошее место приходится портить плохими, но полезными разговорами.
- А самое главное, какие же эти революционеры неосторожные: факелы новые в держателях оставили, ворота не спрятали, постоянных стражников не оставили, входы не замаскировали, неудивительно, что моя сестра провалилась внутрь.
- Она так сказала? – не сдержалась Женька и хмыкнула. – Зная Лизу, я бы в первую очередь исключила, что наша Алиса случайно упала в кроличью нору.
- Какая разница, специально или нет, я же говорю о другом…
- Да, сетуешь на то, что преступных дел мастера перевелись на свете.
- Я совсем не чувствую различий – ты стала такая же раздражительная, как Лизавета! – нахмурилась Саша, и девушка быстро замолчала. – Мы с тобой, конечно, долго не виделись, но… Кстати! Куда ты пропала на несколько месяцев? Ни единой весточки.