- Я просто люблю этнос. В лучшей его обработке. Если переработать Пелагею, чистый этнос, то получится Инна Желанная.
- А кто такая Инна Желанная?
- Больше всего она мне с Трей Ганном нравится. Если переработать Инну Желанную, то отдаленно получится то, что ты держишь в руках. Там и африканский этнос, и ближний восток, и Европа, и симфообработка. А на счет Инны. Тебе нужно на «Дикую мяту» разок скататься.
- А что такое дикая мята?
- Ну, это как «Нашествие», только без алкоголя и наркотиков. Ты знаешь, что такое «Нашествие»? – Наталья кивнула, - На «Дикую мяту» даже с маленькими детьми приезжают.
- Так, а ты как туда попал? – допытывалась Наталья.
- Знаешь, у меня из друзей каждый второй развелся. Ближе к сорока годам. Черт его знает, кризис среднего возраста. Тихо так, без всяких скандалов. У всех у них квартиры есть, быт устроен, денег хватает, положение в обществе. Ты знаешь, чем они сейчас занимаются? Все, как один, накупили байки. Харлеи, Хонды, Сузуки, Ямахи, и разговоры только о них. Повылезали из костюмов, напялили косухи. Так смешно. Панки пузатые. В банданах. Байкером с детства быть надо. От этих новоделов за версту дорогим парфюмом прет. Со всеми вытекающими последствиями.
- А причем тут твои друзья?
- Не причем. У меня другая крайность – я все фестивали по стране собираю. Опен-эйры. Да хоть с «Грушинского» и до «Рок-Феста» и «Воздуха». Отпуск по дням кусаю, на все лето растягиваю. За Урал правда не перезжал, но по европейской части России все лето мотаюсь. Здесь и своих фестивалей хватает. Только по Волге с десяток наберется. Люблю «Дикую мяту», там порой такие бриллианты встречаются.
Я взял другие диски:
- Jethro Tull - арт, Morcheeba, Massive Attack – трип хоп.
- Вообще не слышала, даже названий.
- Это специфично, поначалу тяжеловато для восприятия. Вот поставь эту.
- Не. Хочу покойника послушать.
Голос Лисы Герард зазвучал из колонок, как воздух. Не голос, а музыкальный инструмент из нереального мира. Все замолчали, прислушиваясь.
Мы стояли с Наташкой у пандуса, касаясь друг друга боками, Мишка переворачивал на углях шампура. Илюха раскладывал по стаканам почти растаявший лед, заливая его вискарем.
- Ты знаешь, какое у меня к тебе отношение родилось? – почти на ухо проговорил я Наталье, - Прямо из детства. Может это дом на меня так влияет?
- Расскажи…
- Вон видишь, корыто оцинкованное на стене висит? Меня в нем в детстве мыли. Наверно через день. За день угваздывался так, что только глаза чистыми были. Ставили корыто возле печки, наливали воду, меня ставили в это корыто, - я сделал паузу, перехватило дыхание, - И желание такое возникает - поставить корыто возле печки, раздеть тебя, потереть тебя нежно мочалкой из липового лыка, а потом скачивать водой из ковшика, чтобы кожа твоя порозовела, как у младенца, и хрустела от чистоты.
- Загар сотрешь, - отреагировала Наталья, но почему-то в глазах у нее сверкнули слезинки.
- Завернуть тебя в простынь, пахнущую свежестью и утюгом.
- И спеть колыбельную.
- Я плохо пою, слуха нет, - но почувствовал, как нежно обняла она меня за талию.
Только Илюха толкал меня в бок с другой стороны, нашептывая:
- У меня еще история есть. Можно я расскажу? Очень хочется. Прямо в тему. Вы поймете.
Рассказ Илюхи
Я это никогда никому не рассказывал. Вы первые. Да и последние, наверно. Стыдное место это у меня что ли. В моей биографии.
Ну, Вовку вы знаете. Я про него уже рассказал. Как-то встретились мы с ним. Пивка попить. У меня настроение… ругательское. Я от Сани шел. С Ленкой в очередной раз закусились. Вовка и спрашивает: «Чего вы с Ленкой постоянно цапаетесь?»
А мы и правда цапались. Когда они первый раз у нас в общаге появились, ну девчонки девчонками. Сразу и не поймешь. А Ленка дура дурой оказалась. Саня по залету женился. После свадьбы она Саню ко мне ревновать стала. Ну я не в том смысле. Мы с Саней с первого класса друзья. Я говорил. А она отжимать стала. Ей мало, что жена, ей на первое место встать надо. «Саша не ходи, Саша не делай».
- Так это типично. Часто так бывает. Главное место под солнцем.
Ну я почти заходить перестал. Нахрена. Она на меня волком смотрит. Ну, думаю, перебесится. Беременная. У беременных всякие капризы бывают. После родов поспокойнее конечно стала. Да и поняла может, что на Саню никто не покушается. Пеленки снова же отвлекают. Но у нее другое проявилось. Материнская назидательность из нее полезла. Уж коли родила, так она матрона, умудренная опытом женщина. Жизнь пожила. Уж повидала. А я как раз тоже только женился. Она к нам в семью лезет. Нравоучает. Мою жену подговаривает. Жизни учит и ее и меня. А все советы на уровне журнала «Крестьянка». С годами это только усилилось. Уж и дети в школу пошли. А мы, как не встретимся, обязательно поцапаемся.