Ну потрахались они, сидят голые, еще по рюмке тяпнули. Я сижу в машине, у подъезда жду. Ленка все про меня расспрашивает, зацепила ее эта новость. А Вовка смс-ку мне пустую шлет. Договорились мы об условном сигнале.
Беру пакет с фруктами и коньяком, поднимаюсь на этаж, а у самого руки трусятся, ключом в замок попасть не могу, в горле все от волнения пересохло. Вроде как пораньше зашел, стол подготовить к встрече.
Зашел в комнату, а тут Ленка голая с рюмкой сидит, Вовка мотней мотает.
- А ты чего так рано? – это он мне, - Вроде на пять договаривались?
- Да я это… стол хотел подготовить, - и на Ленку, хрипло так, - А ты чего здесь делаешь?
- А тебе какая разница? – и Вовкину рубаху натягивает.
- Саня в курсе?
- А твоя в курсе? Про твои похождения?
- Моя-то нет. А вот Саня будет. Я тебе обещаю.
У меня прямо так натурально получается. И мой мандраж вписывается в возмущения. И голос дрожит от праведного гнева.
Еще один шаблон порвался. Ленка вскочила:
- Все! Я пошла…!
- Да ладно, куда ты пошла? – Вовка снова ее попытался на кровать усадить, - Сейчас все уладим, - и ко мне, - Ну ладно, если уж ситуация так сложилась, что произошло, то произошло, чего ты хочешь?
А Ленка чуть не плачет.
- Ничего.
- Что, совсем ничего?
- Совсем.
- Ты понимаешь, что семью можешь разрушить? Берешь на себя такую ответственность?
- Да он сам такой! – Ленка в отчаянье повысила голос, - Я тогда тоже молчать не буду. Мне терять нечего!
- Стоп, стоп… Тут каждому есть что терять, - Вовка наполнил рюмки, - И друзей, и семьи…. Думаешь Саня простит тебя за такие новости? Да даже мне есть что терять, в компанию больше не показывайся.
Ленка саркастически хмыкнула и выпила залпом коньяк, без приглашения.
- Так чего нужно сделать, чтобы все в тайне осталось. Все как было.
- Ну, допустим, я промолчу. Так Ленка со своим длинным языком, рано или поздно, моей все расскажет. Думаю, что рано. Срузу побежит. Да в этой ситуации - кто первый расскажет, тот и в дамках. Ты думаешь, у нее это задержится? Ну а если и промолчит. Пока. И всю жизнь ходи под таким топором, скажет, не скажет. Лучше уж сразу.
- Лен, не скажешь?
Она пожала плечами, закурила. Слезы натурально стояли у нее в глазах.
- Лен, что нужно сделать, чтобы ты молчала? Убить тебя что-ли?
- Попробуй, - Ленка снова хмыкнула.
- Я знаю.
- А ну?
- Возьмите меня к себе в компанию.
- Ну наверно, есть в этом рациональное зерно, - Вовка потер подбородок.
- Тогда как я Сане скажу – я трахал твою жену? А как Ленка скажет моей – я потрахалась с твоим мужем? Абсюрд…! Тогда никто никому не скажет…
- Сволочь ты, Вовка, - Ленка угрюмо мотала головой.
- Да я не причем. Ситуация так сложилась, - он кивнул мне на ванную, и снова наполнил рюмки.
Ленка встала:
- Я наверное не смогу. Мне противно с ним…, - тихо говорила она.
- Тогда абстрагируемся. Нет меня, нет его. Есть только два члена. Не важно чьих. Хороших, - с этими словами Вовка полез в шкаф и выудил очки для сна. Ну не буквально очки, а такая херня на резинке матерчатая, на глаза надевается. Я в самолетах видел, люди такие надевают.
Когда я вышел из ванной, Ленка стояла в этих очках, а Вовка страстно ее целовал. Рубашка сползла с ее плеч.
Сначала Ленка вяло реагировала на наши ласки, делала то, что подсказывали ей наши руки, но скоро она заблудилась в наших членах, где чей, и ее возбуждение понемногу стало набирать обороты.
Вовка молодец, отдал мне играть первую скрипку, поощрял мои фантазии. Да и вообще, это у них передо мной был секс, они оба были сытые, это я был голодный. Я не ожидал такого. Состояние эйфории. Я трахал жену своего лучшего друга. Я трахал своего врага. Ну не врага, соперника что ли. Я мстил своим членом, наслаждался тем, что противник повержен. А потом эти эмоции быстро улетучились. И я стал любить Ленку. Столько нежности я не испытывал даже к своей жене. Вовка все это видел, и не мешал мне.
Я стоял на коленях, и нежно вылизывал Ленке клитор, входил сзади, и не вбивал в нее член, а терся о ее ягодицы, шаря членом в ее глубинах, ввинчивался, желая доставить ей наслаждение. Она сидела на вовкином члене, водила бедрами, и нежно сосала мой, облизывая и играя яйцами. Она уже несколько раз кончила, а мне хотелось еще и еще. Я никак не мог утолить свой голод, не мог унять нежность по отношению к Ленке.
Когда она встала на колени, и стала сосать у нас двоих, Вовка вдруг неожиданно снял с Ленки эти матерчатые очки. Она открыла глаза. Ох, столько в них было похоти! Столько любви к этим членам! И к сексу. Я сразу стал кончать, брызгая спермой ей в рот, а она смотрела снизу мне в глаза, а ее глаза смеялись. Она облизала мой член, пару раз погрузила его в рот, делая его липким от спермы, и занялась вовкиным.