- Я еще могу что-то решать? В этой ситации? - возмутилась барышня, - И почему только до вечера? – с вызовом спросила она.
- Постараюсь за это время оправдаться, реабилитироваться, исправится, - меня снова щекотала мысль про биоматериал, - К тому же мужья, жены, дети, забьют тревогу, кинуться вас искать. Им волнения ни к чему. Зачем еще усложнять ситуацию? – выдал я свою озабоченность.
- Меня Наташа зовут.
- Мать чесная, а меня Руслан, - откуда-то совсем не к месту выскочила реплика Куравлева из «Афони».
- Редкое имя.
- Нет, нет, я Сергей. Просто давно ни с кем не знакомился, так в быту. А по служебным надобностям визитки есть.
Мы брели по колее, вслед за уехавшей машиной. По большей части молчали. Наталья была в раздраженном настроении. И по большей части не из-за меня, а из-за Михаила и его беременной жены.
- Ты думаешь, почему сняли Била Клинтона? - непонятно к кому обращалась она, - Не потому что какая-то там Моника Левински отсосала у него в овальном кабинете. Нет. А потому что он пиздел под присягой.
- Я тебе не врал, - вяло отбивался Михаил, - Я сам только два дня узнал.
- А я не про твои знания-незнания. Я про то, что ты меня обещаниями кормил. Врал мне. Думаешь, я бы тебе не дала, если бы ты мне не клялся…? Ка-азел ты Миша.
Миша молча плелся, угрюмо опустив голову, или вскидывал ее в противоположную от Натальи сторону, ища молчаливые аргументы для своего оправдания.
- А почему ты этому по башке не треснул, - Наталья кивнула на меня, - Я все сделала, даже дрын тебе в руки вложила. Испугался что ли? Ну набили бы друг другу морды. А так, ты даже не попытался заступиться за слабую женщину.
- Какой дрын? – удивленно спросил я.
- Я когда в туалет забежала, ему в руки палку вложила, чтобы он расстегнулся сам, и ею тебя огрел. Так он и это не сделал, только сидел, на меня пялился. Даже не попытался. Ты же уже и эту херню свою железную отбросил, - и спокойным тоном добавила, - Злая я на него.
Вообще-то, упреки были справедливыми. Я не знаю, как бы я повел себя на его месте.
Возвращение
Возле дома зарычал триммер. Илюха, молодец, взял инициативу в свои руки. Подойдя к дому, мы не увидели скошенной травы, а только Илюху, тащившему через дорогу мангал с шампурами.
- Вроде триммер работал?
- А я там это… с тылу скосил, с огороду, - запыхавшись произнес Илья, - Там прохладней, тенек, северная сторона. Давай затащим, чо-то тяжелый он.
Со стороны огорода, возле амбара, трава была скошенной. На небольшом пандусе, примыкающем к амбару, уже был накрыт импровизированный стол, на том же покрывале, что и в лесу.
- У меня немного мяса было, - виновато отчитывался Илья, - Ну вот я и подумал….
- Молодец, - похвалил я, и ткнул в него ключами от своей машины, - В багажнике еще два холодильника, возьми. В одном напитки, в другом сардельки есть, телячьи. Тащи сюда.
Илюха с готовностью подорвался к машине.
- У нас тут бутерброды есть. С сёмгой. Наташка рыбу любит, - вдруг проговорил Михаил, - Мы шашлыки не берем, чтобы не разводить костра. Да, вообще, не затем ехали. Шашлыки только отвлекают.
- Не затем ехали… - буркнула Наталья, - Может мне кто вина нальет? Или в этом доме нет мужчин?
Я выгружал свои холодильники, вытаскивая из них виски, колу, пытаясь добраться до пакета с кубиками подтаявшего льда. Илюха подскочил, открывая початую бутылку красного вина и наполняя бокал.
- А тебе? – кивнул он в сторону Михаила.
- Колу. Если можно, - сглотнув слюну, проговорил Михаил, - Я за рулем.
- К своей благоверной хочет трезвым вернуться, - буркнула Наталья.
- Напрасно. Виски качественный, до вечера выветрится, - проговорил я, сворачивая голову вискарю, - Стресс надо снять. Вон лед. Бери руками, щипцов нет.
- Ну только немного. Что буде… - решился Михаил.
- Что буде… - снова передразнила Наталья, - Вечно такой… ни два, ни полтора.
Мы чокнулись и выпили залпом, снимая стресс. И сразу налили еще по одной. Странная это была компания. Даже тост застревал в горле. А за что пить? За знакомство? За удачное изнасилование?
Илюха хлопнул, никого не дожидаясь, и подошел к мангалу. Оказалось, что он загружен под завязку. Он начал извлекать из него шампура, мешок с углями, жидкость для розжига, и даже бум-бокс.
- У тебя удлинителя нет?
- Не знаю. Пошарь в доме.
Илюха исчез, а я мялся, в попытке задать застрявший во мне вопрос, как бы покорректнее.
- Наташ, извини, но мне один вопрос не дает покоя. Я понимаю, что я не прав, и мой поступок не имеет оправдания, и за него нужно нести ответственность, как моральную, так и уголовную….
Наталья стояла напротив меня, сложив руки на груди, и немного наклонив голову. В одной руке она держала бокал с вином: