Генералы старались слиться с ландшафтом и не попадаться на глаза ни Императору, ни Главнокомандующему.
Ротмистр же, выдержав небольшую паузу, достал из планшетки сложенный вдвое листок. Распрямил его.
И протянул Государю.
Это было прошение об отставке по состоянию здоровья, которое Андрей действительно мог подать, опираясь на количество ранений.
Причем написано оно оказалось почерком Татьяны.
От Меньшикова там была только подпись.
— Плохо себя чувствовал, попросил супругу написать… — пояснил ротмистр.
— Ваше Императорское Величество, вы позволите? — Спросил Главнокомандующий, протянувшись к прошению.
Тот растерянно глянул на дядю и охотно отдал листок.
Николай Николаевич внимательно прочитал прошение, после чего медленно и со вкусом порвал его, с вызовом смотря Андрею прямо в глаза.
И не пополам, а добротно — на мелкие клочки.
— Ваше Императорское Высочество, мне нужно, все же, переписать его от своей руки?
— Прекратите паясничать!
— Есть прекратить паясничать! — Бодро гаркнул Андрей , продолжая холодно смотря в глаза обидчику.
Родственничек чертов. Хотя, чего он хотел? Андрей ведь по бумагам бастард, а значит участь его печальна.
Ему вечно придется испытывать на себе ненависть и презрения части родственников.
— Подготовьте подробный отчет о вашем усиленном эскадроне. Сроку — неделя. — Произнес Главнокомандующий.
— Есть подготовить подробный отчет! Сдать его лично вам?
— Нет, Николаю Петровичу, — кивнул он на начальника Главного штаба, да так на него глянул, что стало ясно — ничего хорошего тот ему не доложит после изучения отчета.
Если вообще доложит.
Андрей чуть дал слабину ,пренебрежительно хмыкнул.
Но Главнокомандующий этого демонстративно не заметил.
Он увлек Императора разговором на отвлеченную тему и, развернувшись спиной к лейб-гвардии ротмистру, повел Николая Александровича прочь.
Андрей скосился на Михневича, но тот лишь развел руками и виновато пожал плечами. Генерал от инфантерии был поражен демонстрацией, но пойти против Главнокомандующего не смел.
Глава 1,1915 год, 5 мая. Петроград
За последние семь лет я твердо усвоил одну вещь: в любой игре всегда есть соперник и всегда есть жертва. Вся хитрость — вовремя осознать, что ты стал вторым, и сделаться первым.
Художественный кинофильм «Револьвер»
1915 год, 5 мая. Петроград
Николай Александрович сидел за столом и работал с бумагами.
Их было много.
И чем больше он в них вчитывался, тем сильнее терял концентрацию.
В этот момент где-то в помещениях послышался шум. Даже ругань.
Это окончательно отвлекло мужчину от букв.
Он устало потер глаза.
Хотел было уже встать, чтобы пройтись, как дверь в кабинет открылась, без стука, явив супругу самого разъяренного вида.
Александра Федоровна ничего не сказала.
Просто молча вошла и закрыла за собой дверь. Но взгляд у нее был ТАКОЙ, что Николаю Александровичу стало не по себе.
— Что-то случилось? — Осторожно поинтересовался он.
— Случилось? Да! Случилось! Твоя дочь в слезах! Беременная дочь! Ты доволен?
— Аликс… я… — Император растерялся от такого заявления.
— Я была у Михневича. Он просто боится за свою карьеру. И не станет давать доброго рапорта Ник Нику. А ты? Почему ты не принял отставки? Что, тоже боишься дядюшку? Андрей нам всем так помог… он дал шанс Лешеньке, а ты… — уничижительно произнесла Императрица, от чего Николай Александрович потупился, чувствуя изрядную неловкость.
Андрей Иванович свет Меншиков, в октябре 1914 года, будучи еще безымянным поручиком, смог подсказать Императрице достаточно ценный совет.
А именно рассказать про идею заместительной терапии и поведать о группах крови, резус факторе и прочих нюансах.
На дилетантском уровне, конечно.
Однако Вера Игнатьевна Гедройц —один из лучших хирургов тех лет, идею оценила.
Развила ее. Провела изыскания.
Поставила опыты. И провела опытное переливание крови. Успешное.
Тем более, что все к этим исследованиям было готово.
Первая практика переливания крови имела место аж в далеком 1675 году во Франции.
В России же с 1832 года такие опыты ставили.
А в 1900 году австрийский медик открыл три группы крови.
Но не прошло и семи лет, как чешский врач обнаружил четвертую группу.
Так что пусть и дилетантские, но передовые сведения Андрея легли на очень благодатную почву.
Особенно важную роль сыграли его сведения о резус-факторе и kell-антигене, которые в реальности еще не открыли.