Да и горел телеграф плохо.
В том числе по вине местных жителей, бросившихся его заливать.
Поэтому людям ротмистра удалось получить доступ к журналу регистрирования телеграмм. Чего там только не было!
Но Андрей выхватил главное.
Этот Эйхгорн не только сбежал, но и оставил ему напоследок редкую пакость.
Ловушку. Он умудрился отдать массу дельных распоряжений, сдернув вторую линию войск и резервы.
В результате — эскадрон Андрея медленно, но неотвратимо обкладывали со всех сторон.
Задумка была проста.
Герман решил, что русское командование «хочет повторить Седан», то есть, ударить по штабам и начать наступление на потерявшие управление армии.
И Андрею в этом сценарии отводилась вполне конкретная роль губителя тех самых штабов.
А значит, что? Правильно.
После Лешно он должен уйти к Познани, где, прорвав оборону, сбежит от заслуженной кары по единственно уцелевшему мосту.
Посему он приказал этот мост взорвать.
Ну и начал стягивать все ресурсы для в общем-то примитивной ловушки.
Пехотный полк, стоящий под Познанью, должен был усилить оборону в городе и вынудить Меншикова завязнуть в боях.
А подошедшие в течение суток силы до полутора дивизий, не только заблокируют, но и окончательно раздавят «этого гаденыша…»
Судя по оперативным данным российской армейской разведки в Познани и так стоял усиленный полк с артиллерией и двумя пулеметными ротами.
Если его подкрепить еще одним полком — превратится совсем уж в серьезную силу. Особенно, если «окопается» в крепких каменных домах.
Взломать оборону можно.
Но вот время… оно да… оно будет упущено.
Да и зачем ему туда идти?
Конечно, для немцев этот шаг очевиден.
Но только для них, потому как Меншиков думал иначе.
Ведь своих задач этим походом не разрешил… ни одной.
Да, на орден Святого Георгия наработал.
Теперь, хоть по статуту и не положено, не отвертятся.
Изыщут способ, особенно после того дела с Пиллау и генералом Рузским.
Только вот толку ротмистру с этой висюльки?
Не за нее же он совал голову в петлю. Обошелся бы и без лишнего героизма.
В тылу и без всякой войны дел было невпроворот.
Но немцы этого не знали, а потому не могли предугадать поступков своего противника.
— Лев Евгеньевич, — наконец произнес Андрей.
— Слушаю.
— Передайте команду по эскадрону — привал. Пусть все займутся своим делом. И ребята Новицкого в том числе. Последствия нападения немецких аэропланов на госпитальные автомобили нужно зафиксировать.
— Но… — несколько опешил Хлебов .
— Вы видите эти самолеты, — указал Андрей на два аэроплана, барражирующих на пределе видимости.
— Так точно. Вижу.
— Минут пятнадцать назад они сменили своих коллег. То есть, немец держит нас под постоянным наблюдением, отслеживая все передвижения. Куда бы мы не пошли. Хорошо это?
— Нет. Но что делать? Мы ведь не можем их сбить.
— Не можем. Поэтому попробуем одну штуку провернуть. Позови-ка мне наших водителей.
Минут через десять удалось собрать всех шоферов. Изрядно уставших. Они ведь за сегодня уже больше малого триста километров отмахали. А рули тяжелые, без гидроусилителей и прочих прелестей. Не падали от усталости, конечно, но явно были «не торт».
— Сейчас вам нужно осмотреть вверенную вам технику и, взяв у нашего медика «вечерние» капсулы, принять их. А потом лечь спать. Ближе к закату вас разбудят и дадут «утренние» капсулы, чтобы вы взбодрились. Нас ждет ночной переход. Сложный и очень непростой. И вы мне нужны свежие. Вопросы есть? Вопросов нет. Все. Ступайте.
Меншиков отослал водителей, а спустя четверть часа решился и остальных бойцов отправить отдыхать.
Кроме часовых и дозорных, ну и медиков с поварами.
Последние так и вообще ударно трудились.
Ведь после пробуждения людям нужно будет хорошенько подкрепиться перед большим делом…
В «вечерних» капсулах была очень небольшая порция опиума, в «утренних» — кокаина.
Андрей решил взять с собой в поход как расслабляющих средств, так и тонизирующих. Спорных. С кучей побочных эффектов.
Но других не было.
Дело предстояло важное, очень непродолжительное, поэтому можно было рискнуть здоровьем.
Тем более, что опиум и кокаин в те годы были штатными медикаментами и ни у кого никакого протеста не вызывали.
Аптекари наделали этих капсул довольно легко и много, ибо дозировка оказалась очень небольшой, а капсулы из дешевого желатина.